Итак, я окончила университет и зачем-то пошла в аспирантуру. Предвижу возмущение тех, кто скажет “заняла чужое бесплатное место”: бесплатных мест в тот год было в два раза больше, чем желающих учиться. Нас буквально хватали за руки и за ноги и уговаривали пойти дальше. Почти все отбились. Я - нет. Я же хорошая девочка, и должна оправдать то, что в меня вложили преподаватели…
Параллельно я устроилась на работу копирайтером в офис, сдала на права, потому что этого требовал отец, начала возить маму на дачу, помогала ей с дачей и делами по дому, проходила учебный курс в интернете по созданию сайтов, продолжала ездить на всякие околонаучные конференции…
Это я сейчас понимаю, что по сути разрывалась между требованиями всех вокруг, пытаясь всем угодить, никого не обидеть. А это было невозможно - как минимум потому, что от меня хотели всего и сразу. Тогда я этого не понимала. Продолжала днем работать, по ночам учиться, по выходным копать мамин огород.
“Наука”, которая не наука
Хорошо запомнились две “научные” конференции. Одна проходила в Москве, на бумаге все было очень красиво и серьезно. Работу на нее я дописывала в поезде на коленке, потому что просто не успела ничего сделать. Конференция была трехдневной, меня поселили в общежитие.
По факту из десятков заявленных участников приехало 3 или 4 человека. Остальные прислали работы дистанционно. Не было никакого обещанного торжественного открытия, никакой "работы секций". Во второй день мы все, кто приехал, собрались в каком-то задрипанном кабинетике, прочитали свои доклады и разошлись. Вечером того дня я лежала в пустой комнате общаги, слушала, как за окном по ночному проспекту Вернадского несутся машины, и не понимала: зачем потребовалось выдергивать меня сюда из другого города? Почему остальные университеты не стали никого посылать, и только я, не сопротивляясь, бросила все и приехала? У меня не было ответа.
В тот год я начала часто болеть. Раз в месяц - минимум. На работе я была на испытательном сроке, какие больничные, вы о чем? Выходила с больным горлом, точнее, выезжала - на другой конец города.
Когда я заболела в шестой раз, случилась вторая конференция. Участие в ней было обязательным для всех аспирантов. Днем я работала, поэтому доклад, как всегда, писала ночью.
Снова еще более зачуханный кабинет, исписанные парты, пережившие Советский Союз, три аспиранта (включая меня) и один преподаватель. Все, кто мог не прийти, не пришли. Меня выслушали и разнесли в пух и прах: пишу я не то, не так, и вообще все надо переделать.
Я устал, я ухожу
Весь вечер я проревела, потому что не понимала, какого черта я гроблю свое здоровье, больная не сплю ночами, приезжаю в университет с температурой, чтобы услышать, что все не так? А на следующий день я писала заявление на отчисление, потому что больше так не могла.
Отчислили меня первого апреля. Все, кто узнавал об этом, были уверены, что это шутка: уж кто-кто, а я-то всегда делала все, что нужно преподавателям, не возмущалась и получала хорошие оценки. Я же до сих пор считаю это решение самым лучшим в своей жизни, потому что тогда я впервые выбрала себя.
Жить стало чуть легче, и депрессия ненадолго отступила. Но совсем ненадолго. Всего на год.