Мой прадед не был кочевым. Простой мужик земли сибирской, Кто за судьба народа бился И кто прийти не смог живым. Цыган не создан воевать. Ему бы в степь. Ему б в дорогу. Но, видно так угодно Богу: За жизнь детей свою отдать. Цыгану б с песней в пляс пойти Под дружный возглас:"Эй, ромалэ!" Но прадед мой... Он жил так мало И умер. С пулею в груди. Я только слышал о войне. И знаю- прадед пал под Польшей. Я ничего не знаю больше О нём. А он не знает обо мне. Для всех народностей. Всегда! Война- души сквозная рана. До нас дошла через года Лишь похоронка. На цыгана...
Мой прадед не был кочевым.
Простой мужик земли сибирской,
Кто за судьба народа бился
И кто прийти не смог живым.
Цыган не создан воевать.
Ему бы в степь. Ему б в дорогу.
Но, видно так угодно Богу:
За жизнь детей свою отдать.
Цыгану б с песней в пляс пойти
Под дружный возглас:"Эй, ромалэ!"
Но прадед мой... Он жил так мало
И умер. С пулею в груди.
Я только слышал о войне.
И знаю- прадед пал под Польшей.
Я ничего не знаю больше
О нём. А он не знает обо мне.
Для всех народностей. Всегда!
Война- души сквозная рана.
До нас дошла через года
Лишь похоронка. На цыгана...