Найти в Дзене
Юлиус Гольштейн

Святой агностицизм просветлённости

имеют принципиальное значение для подлинного философского знания, очерчивая пределы способности восприятия «из мира теней» абсолютной истинности «света».
Без понимания пустотности любого знания, создаваемого во несамосущей пространственной временности полотен объективизированного сознания — невозможно ни стать философом, ни прикоснуться ко принципам миротворенья, ни... приять трансцендентное Разумное начало всего и вся.
Истинная философия всегда требует изначально испрашивать:
Кто постигает в тебе?
Кто есть ты?
Как построено твоё восприятие?
Как работают органы чувств?
Каким образом потребности души и тела «переломляют» спектр видимого?
Возможно ли из «теней» времени постичь «свет» безвременного?
В ином контексте нет ни истинной философии, ни живой присутственности во многомерном сознании, и отсего любой постигший высшую прикосновенность к истине знает, что он сам:
Ничего не знает.
Не есть творец собственной души и тела.
Не способен обратить иллюзорность относительных знан

Святой агностицизм просветлённости
                или
  Гностический агнозис абсолютной истинности


 Знаменитые слова Сократа -
 «Я знаю только то, что ничего не знаю, но другие не знают и этого». -

имеют принципиальное значение для подлинного философского знания, очерчивая пределы способности восприятия «из мира теней» абсолютной истинности «света».
Без понимания пустотности любого знания, создаваемого во несамосущей пространственной временности полотен объективизированного сознания — невозможно ни стать философом, ни прикоснуться ко принципам миротворенья, ни... приять трансцендентное Разумное начало всего и вся.

Истинная философия всегда требует изначально испрашивать:
Кто постигает в тебе?
Кто есть ты?
Как построено твоё восприятие?
Как работают органы чувств?
Каким образом потребности души и тела «переломляют» спектр видимого?
Возможно ли из «теней» времени постичь «свет» безвременного?

В ином контексте нет ни истинной философии, ни живой присутственности во многомерном сознании, и отсего любой постигший высшую прикосновенность к истине знает, что он сам:

Ничего не знает.
Не есть творец собственной души и тела.
Не способен обратить иллюзорность относительных знаний и правд полотен времени во абсолютное знание и превышнее благо.

И лишь когда «знание о незнании» становится живым полотном сознания философствующего человека — он обретает просветлённость, не дарующую «перфектность», но раскрывающую «целостность» многомерного сознания живой нынешнести, поющей «гностическим агностицизмом» превышнего разуменья, доступным человеческой форме жизни на планете, именованной Землёю.

Так происходит преображенье «не знающего о своём незнании» во «сознающего иллюзорность временности» и рождается «небочеловек» - сознающий себя вечным во трансцендентном Истоке, предвечным во Логосе и «быстротечным» во «вязком» времени «материальной тяжестности» своих планетарных пределов.

И пропевает пробуждающим гимном Небесной истинности молчной немолчностью небогрохочущих слов просветлённый философ:

«Я знаю абсолютно только то, что Я Есмь, а другие пока не знают и этого.»


                ...