В средней полосе вовсю набирает обороты сезон черешни и вишни.
А с ними пришла и проблема птиц, которые съедают ягоду прямо на деревьях. Народ каких только методов не придумывает, что справиться с этой напастью.
Вот о них мой рассказ.
************
В одной деревне поселился бывший военный летчик.
Он пятнадцать лет отлетал где-то на севере, потом все бросил и приехал в деревню - с женой, кортиком и большим желанием стать мирным садоводом-любителем. За пару лет выстроил дом, вырастил сад, выписал сына из Адлера.
И тут дрозды.
Бывший летчик объявил на участке военное положение, запер жену с сыном с погребе, а сам намазал лицо свежекупленным навозом и засел в кустах с наградным Макаровым.
На рассвете ничего не подозревающие дрозды прилетели на наблюдаемую черешню. Летчик успел сделать три метких выс* рела, после чего дрозды потеряли интерес к ягодам и улетели. Но ненадолго.
А летчик торжественно подобрал с земли жертвы Макарова и привязал их за лапки к веткам черешни.
По всем законам военной тактики и стратегии вид поверженных сородичей должен был произвести на дроздов впечатление.
Но не произвел.
Суровые деревенские дрозды оказались устойчивы к таким дешевым формам психологического воздействия и продолжали жрать ягоды.
Летчик понял, что пойдет до конца. Он скинул семье в погреб бутылку воды и пачку пельменей. После чего продолжил прицельный отст* рел с рит* альным вывешиванием врагов на дереве.
Соседи с интересом обсуждали, кого следует вызвать в первую очередь – милицию или нео* ложку. Те, кто жил подальше от летчика, предлагали подождать дальнейшего развития драматургии.
Но тут всю интригу поломала случайная беременная барышня, которая зашла спросить, где тут живут Ивановы. Она очень хотела сделать сюрприз будущим бабушке с дедушкой прямо на месте их жительства, чтоб никуда не сбежали, как это сделал их сынок, будущий счастливый папаша.
И тут внезапно черешня, увешанная за лапки дроздами, как новогодняя елка. Барышня стала вопить, а потом и вовсе внепланово рожать.
Измученный неравной борьбой с дроздами, летчик обрадовался изменению обстановки и принял роды по законам вое* ного времени, обрезав пуповину кортиком.
После чего выпустил из погреба жену, разобрал собранный ею чемодан, отвез роженицу к Ивановым, быстренько сбежал от них, пока не начали благодарить, и одним махом срубил кортиком черешню.
Сейчас выращивает кабачки. Очень доволен жизнью. Сказал, только и жить начал, как на кабачки перешел.
А вот еще одна история была с дроздами.
Один мужик был очень вспыльчивый. Но в исключительных случаях мог держаться некоторое время.
А так как он за жизнь даже кортика себе не завел, то в ситуации с черешней ему и вспыливать было нечем.
Он гонял дроздов граблями, а сам просчитывал варианты.
Дрозды на грабли реагировали лениво, без огонька.
Мужик уже готов был перейти в рукопашную, как тут ему на глаза попался любимый полисадник жены, дизайнерски обложенный оставшимся после многолетнего строительства бани кирпичом.
Пока жена проливала на огороде кр* вь в битве за урожай, мужик разобрал кирпичный бордюрчик у палисадника. Если вдуматься, он для нее же старался.
Должна оценить, думал мужик, запуская в черешню кирпичом.
Дрозды сделали вид, что испугались и на несколько секунд оторвали лапы от веток.
Мужик проанализировал ошибку, выбрал кусок кирпича поприличнее, и вложил в удар побольше экспрессии.
Кирпич попал точно в ствол черешни, что было не так-то легко, черешня – это вам не баобаб, у нее ствол, как тростинка. По сравнению с баобабом.
Мужик даже успел погордиться чуть-чуть своей меткостью, как кирпич срикошетил от ствола и пулей просвистел прямо в лобовое стекло новенького Опеля, удачно устроившегося на расстоянии броска от черешни.
Так мужик потерял интерес к дроздам и приобрел аллергию на черешню. ******
В общем, бесполезно бороться с дроздами, подумала я, тоскливо глядя на свою вишню.