Распад, разрушение и рок. Куда бы мы без них делись?
Мы все поступаем, как можем, и стремимся к лучшему... а если не выходит, довольствуемся тем, что имеем.
Все началось с "Мертвой зоны", напечатанной " Иностранкой" в 84-м, с тех пор большая (и лучшая) часть моей жизни протекала под кинговой эгидой. Нас таких на русскоязычном пространстве миллионы. Это не преувеличение, интересные номера журнала в пору советского книжного дефицита читались всей кучей родственников и знакомых кролика. Мне роман попал в руки уже переплетенным наподобие книги вместе с "Крестным отцом" Пьюзо, наверно в соседних номерах печатались.
Давали на три дня, но проглотила за два, и на всю жизнь полюбила Стивена Кинга. Даже еще и теперь помню начало той журнальной публикации: "Чернота. Черный лед. Чернота. Черный лед. Черный, черный лед, больше не прыгай на нем, Чак" - пролог, в котором маленький Джонни Смит падает на лед, ударившись головой, на секунду теряет сознание, а очнувшись, произносит первое в своей жизни пророчество, которого ни сам он, ни кто-то из окружающих истолковать не сможет. Старший мальчишка после утонет, провалившись под лед, а Джонни надолго забудет о неожиданном прозрении.
Удивительно, но впечатления не стерли прошедшие тридцать семь лет и полсотни прочитанных с тех пор кинговых книг. В той первой поразительно было все: политический триллер, история о маньяке, мистический роман, философская притча, лавстори - все вместе в удивительной, лишь Кингу доступной идеальной пропорции Золотого сечения. Не менее удивительно, что после того первого раза к роману не возвращалась, хотя любимое у Кинга не по разу перечитала.
Не обратилась бы и теперь, если бы не аудиокнига, от Князева вообще все слушаю, а Стивена Кинга в его исполнении пропустить невозможно. И да, это снова великолепно, и я. в очередной раз удивляюсь, как в этом театре одного актера удается создавать столь непохожие друг на друга образы мужчин, женщин, детей, стариков, подростков. Как зримые образы вспыхивают перед глазами: фанатичная Вера и отстраненная умничка Сара, здоровяк шериф, и цинично-обаятельный злодей Грег.
Всякий ингредиент попадает в романный котел в идеальное для него время, варясь ровно столько, чтобы внести в действие свою ноту вкуса и аромата: история медсестры (операция на роговице пройдет удачно) и врача (" мальчик в безопасности") - период манифестации чуда, оно только входит в романное пространство и проявляет себя щедро, одаривая всех. Но этот дар может причинить и боль (кто к нам с мечом - пресс-конференция).
А после уж только "во многом знании многие печали" и "если только можно, Авва отче, чашу эту мимо пронеси". Не пронесет, мело Ему было отнять у тебя четыре года жизни, любимую женщину и мать, мало сделать тебя физическим и психологическим калекой, загнать в долги, лишить возможности заниматься любимым делом - Он возложит на тебя, ни много ни мало, миссию спасения мира от ядерного апокалипсиса.
И все же Кинг не богоборец. Убежденный антиклерикал - да, но глобально его мир, в тысяче локальных случаев жестокий и злобный, устроен правильно и справедливо. Что не отменяет случаев заклания невинных.