(Историческая летопись о русском наречии)
VI
Первые труды да Винчи
Были очень неприличны:
Писька, сиська, волосок –
Всё в 3D наискосок.
Не в Джоконде, в Мона Лизе,
В чертеже и не в эскизе,
Висла эта подоплека –
В Витрувианском человеке.
А чудак Буанаротти
Отморожен был в работе.
Случай помнится тот самый,
Как он мучил белый мрамор:
К статуе «Святой Давид»
*** гигантский был прибит,
Чтоб разжечь к ней интерес.
В ту же ночь елдак исчез.
Сколь художник не искал
Исполинский причиндал,
Не нашел. Так из-за женщин
*** был новый втрое меньше.
Но Давид стоял в прицеле,
И со сменой дня в капелле
Всем известная статуя
Оставалась вновь без ***.
Так свои иль не свои
Растерял он все ***,
Опустившись до малявки,
Что без надобности плавки.
А потом до наших дней
Тряс пичужкою своей.
А вот Рафаэля Санти
Обвиняли не в таланте,
Но в отсутствии его –
Кроме фресок, ничего.
Помнится, сперва Мадонну
Сотворить хотел нескромной,
Но решил – не вариант:
В голове сидел педант.
Как ни бились, ни ***ли
Тициан и Боттичелли,
Выходили на холсте
Вновь художества не те.
Не далёко и не близко,
Как юнец малюет письки
На заборе в восемь лет,
Ренессансу шля привет.
Словом, что мы наблюдаем?
Мат, что в нас невытравляем,
Приобрел картинный вид,
Пусть в речах и был забыт.
Правда, в редкостных мгновеньях
Находило озаренье.
Например, пропал резец –
Скульптор сразу: всё, ****ец!
Иль из рук валилась кисть,
Вмиг художник: заебись!
Как запомнить ни старался,
Сразу жидко обсерался.
Так со временем ваятель
Позабыл про поиск в мате.
И в эпоху Возрожденья
Мат пришел к исчезновенью.
VII
Не стоит на месте время,
Запад чешет, чешет темя.
А по мне – так свой затылок,
В нем поболее опилок…
Но хоть цели некорректны,
Залупается конкретно:
Интервенция, валюта,
Феминисток ****утых,
СПИД, Гражданская война,
К ним неверная жена,
Что семью тянуть не тянет,
А ****ься не устанет,
Алкоголь и никотин,
Дорожающий бензин,
Да числом по восходящей,
Как в России некурящих,
Пидорасов, лесбиянок,
Педофилов окаянных.
Что у них defectum mode –
То навязывают в моду.
Мерзко, пошло, грязно, гнусно.
Мы же Западу послушны.
Нам Америка как барин,
Хоть тот барин в жопу ранен.
Как на образ, на Европу,
Развитую, тоже в жопу.
Эх, доверчивый славянин,
В историческом изъяне
Под себя тебя подводит
Паразит и рептилоид.
Ротшильды, Рокфеллеры
Дуют, как пропеллеры.
Плотоядный хищный взгляд,
В помощь мразь и ренегат.
Засылают к нам вождей,
Чтоб доверчивых людей
От своих корней отвесть,
Ставя этим самым крест.
Ибо не было деревьев,
Чтоб держались хоть мгновенье
Без своих в земле корней,
Без истории своей.
Удиви меня, народ:
На дворе который год?
Год две тысячи шестнадцать!
Где еще пять тысяч, братцы?
Был бы в моде Ломоносов,
Все озвучил бы вопросы.
Ну, а так как в моде Запад,
Обмакнет в чернила лапу:
Вам под дудочку плясать,
Нам историю писать.
Право, что ни говори,
Вы – все те же дикари.
Ну, а мы, а мы, а мы –
Гаспъекъасные умы.
От тацитовых анналов
До церквей и либералов,
От Геракла и Горгоны
До открытия Маркони,
От свободы демократов
До Европы и до Штатов.
А пример тому – хохлы,
Перспективные ослы.
VIII
Во какая постановка –
Нагло, дерзко, ладно, ловко.
Как говаривал Шекспир,
Мир – театр. Целый мир.
Только как же ихний Гамлет:
Нам во лжи вариться, нам ли?
Но четыре капитана
С глаз долой того смутьяна…
Кто с законом не согласен,
Будет всем всегда опасен.
И на эту всю петрушку
Несогласно смотрит Пушкин.
Лермонтов, как ни крути,
Тоже сбившийся с пути.
Так от бунта до поэзий
Всяк застрелен иль зарезан.
А теперь и этих мало,
Воспевают что попало,
С правдой же стишок не ладен.
Мат врагу, как чёрту ладан.
Впрочем, хватит плавать ввысь –
Факты те не прижились,
Как к бюджету депутаты,
Запрещающие маты.
Президент, а с ним премьер –
Всё на западный манер.
Да и как сегодня модно
Быть избранничком народным!
Направлять наш серый плебс,
Чтоб с историей вразрез.
Вам ли, быдло, много надо?
Песни, пляски, лимпияды
И еще один проект,
Чтоб разжижить интеллект.
Чтоб не девушка, а бэйба,
Чтобы пицца вместо хлеба,
Вместо водки чтобы виски,
Вместо рыбки чтобы Whiskas,
Чтобы вместо скучных книг
В интернете каждый миг,
И важней всего стократ –
Отобрать зловредный мат.
Что же, что же с нами сталось?
Вместо *** чуждый фаллос,
Ни туды и ни сюды
Нам с вагиной без ****ы.
Кстати, правда! Что есть «***»?
Сам прочувствуй, нарисуй.
Оба символа знакомы:
«Х» и «Y» хромосомы,
Перекладина меж ними –
Это РОДо-СЛОВной имя.
Где ж и кем «***» запрещен?
Не ругайся! – Ты о чем?
Терпим вновь. Какого ж ***? –
Помяни богов не всуе.
Чувствуешь приливы сил?
Так и враг не голосил.
Вон, пасует в стороне –
Все подштанники в говне.
Он всегда морально гиб,
Слыша матерный загиб.
IX
Стало быть, так что есть мат?
Обращенье к предкам, брат.
К мирозданию воззванье,
Вечных истин пониманье.
Крикнет русский: «Еб же мать!»
И бежит весь мир спасать.
Может быть, я ошибаюсь?
Так исправьте – я покаюсь.
Крикнет русский: «Mother fuck»
И с гранатою на танк?
Или в странном слове «bitch»
Русский дух и русский клич?
Так вот пальцем в небо целясь,
Выйдет пошленькая ересь.
А показывают пальцы –
Кто? – ага, американцы.
Но тщедушны изуверцы,
Нам задать мечтают перца.
Что же русский? Ёб их в рот!
Несгибаемый народ.
Выебет врагам мозги –
Без мозгов лежат враги.
Не, ебли ж Наполеона –
С чувством, с толком и с поклоном.
Что почувствовал Адольф?
Только в жопе злую боль.
Как про нас сказал Кучум? –
Я к урусам не хочу.
Если ж к нам с войной китайцы,
Чутко съездим им по яйцам.
А пока америкос –
Yes of course и весь вопрос.
Вставку сделаю, коль это
Всё же летопись поэта,
О победе в 45м –
Славься, нет, не дерьмократы,
Не Англия, проверим-ка,
Не капитан Америка.
Славься гордым станом тот,
Кто совейский был народ,
Что во времени умолк,
Кто теперь бессмертный полк.
Вот, теперь деды в скрижалях.
Я, пожалуй, продолжаю.
Нам и царь – не командир,
Мы ****и целый мир!
За берёзовые дали
Мы врагов своих ****и!
За осины да за ели
На хую мы их вертели!
Даже на краю земли
Мы всегда и всех ебли.
Так откуда эта вязь –
Трахать всяческую мразь?
Да, читатель мой, нередко
Обращаться нужно к предкам,
К сказкам нашим и богам,
Нагоняя жуть врагам.
Но и мат наш не погань,
Различай – где мат, где дрянь.
Тоже ведь не ерунда:
Не ****ятина – ****а.
X
Да, история богата.
Без нее нам, как без мата.
Как говаривал Толстой,
Мат – погоня за мечтой.
Как заметил Достоевский,
Мат всегда во всем уместен.
Откликался Маяковский:
Не под дохлою березкой,
Не со вздохом, но назло вам
Мат всегда звучащий словом.
А «Персидские мотивы»
Пел Есенин нам красиво:
Шаганэ, Ширазский климат
Мат вовеки не отнимут.
По несчастью или к счастью
Шпаликов не безучастен.
Пушкин, Лермонтов, Высоцкий.
А Владимир Жириновский?
Отзовется непритворно
О моих стихах Задорнов,
Мол, за мат мы постоим,
По мотивам снимем фильм.
А министр наш Лавров
Скажет, мол, на всё готов!
И продолжит материться
Да летать по заграницам.
В общем, всех не перечислить…
Но хочу продолжить мысли.
Стало быть, всецело мат
Есть национальный взгляд.
Много, что у нас отняли,
Хоть на первом на канале,
Хоть реликтовые рощи,
Въезд на Красную на площадь,
Курс рубля, в семью доходы,
Вдох копеечной свободы,
Но от предков и доныне
Мат вовеки не отнимут.
Не с того ль Владимир Путин
В нашем кризисе и смуте,
Дабы не теряли сил,
Вверенных благословил:
Вам ли пропадать задаром?
(Обращаюсь не к боярам)
Слесаря, интеллигенты,
Врачеватели, доценты,
Пекари, художники,
Водители, сапожники,
Грузчики, уборщицы,
В бардаках наложницы,
Гаишники и алкаши,
Учителя и торгаши,
Кольки, Машки, Лёшки, Верки,
Дети и пенсионерки,
Белый лебедь, паханы,
Ну и прочий люд страны!
Всяк из вас есть русский витязь.
Жизнь ***ва – материтесь!
16 декабря 2015 - 12 января 2016г.