-Ах ты ж поганец! Да чтоб ты перевернулся, поганец эдакий!-кричала Раиса Ивановна и грозила кулаком вслед проезжающей мимо машины, которая окатила грязной водой с ног до головы её вместе с невесткой,- чтоб тебе пусто было, разъезжают на крутых машинах, а людей в упор не видят,- не могла успокоиться пожилая женщина.
-Мама, да что вы так кричите, на нас уже люди оглядываются,-пыталась невестка успокоить разъярённую свекровь,- да разве можно такие проклятия посылать, а вдруг он и вправду перевернётся, грех на душу берёте.
-Ты меня ещё будешь учить, чай черти его не заберут, а вот хорошо тебе сейчас идти грязной и мокрой? Только из дома вышли и теперь придётся возвращаться. Вернёмся и никуда не пойдём, дороги нам сегодня не будет , вот мой сказ.
-Ну ладно мама, завтра пойдём. Да только не надо так людей проклинать, мы с Васей сколько раз вас об этом просили, не хорошо это-проклятия людям посылать, они могут к вам вернуться.
-Больно умные . И Васька туда же под твою дудку пляшет. Вернётся, никто никуда не вернётся, сколько лет уж прожила, ничего не вернулось. Вечно ты Таська со своими прибаутками. Давай быстрее до дому, а то от ледяной воды застынем, чай не лето.
Раиса Ивановна не слыла скандальной женщиной и свои проклятия посылала не из особой злобы, а по какой-то привычке, даже не задумываясь об этом. Она злилась только, когда ей указывали на эту её нехорошую привычку, а "переделывать" себя, как она говорила, не собиралась.
Больше всех проклятий доставалось шкодливому коту Кузе. Он как будто был послан испытывать терпение, пожилой женщины , а может научить её терпению, но она проклинала Кузьму на чём свет стоит:
- Это не кот, а чертяка какой-то и где вы его взяли на мою голову, опять котлету стащил, чтоб ты сдох, проходимец ты эдакий.
А кот прятался от старухи и когда она успокаивалась, устраивал другую "шкоду".
- Одни шкоды от этой наглой серой шкуры, придушить его мало, будь он проклят, чтоб он провалился-негодовала Раиса Ивановна, но проходило пол часа, Кузя выползал из своего укрытия, тёрся о ноги Раисы Ивановны, а она брала его на колени, гладила и приговаривала:
-Кузя хороший, хороший. Когда ты уже шкодить не будешь?- а кот щурился, заводил свою кошачью песенку и было видно, что старуха с котом друг в друге души не чают.
Воспитание внуков у Раисы Ивановны тоже было своеобразным:
-Вот демонята, вы что ж игрушки разбросали, а ну ка идите убирайте, спасу от вас нету. Как и от Кузьмы, одни шкоды от вас. Глаза б мои вас не видели.
-Мам, ну что ты говоришь? Они же дети, твои внуки,- вмешивался сын.
-А что я такого сказала? Смотри какой погром в доме устроили.
-Ну как можно детей демонами называть, ты хоть думай что говоришь. А потом" глаза б мои вас не видели", ну как так, мама. И как что, так ты всё время говоришь: "глаза б мои вас не видели".
-Васька, вечно вы ко мне придираетесь, то это не так сказала, то не так выразилась. Лишь бы цепляться ко мне,- и обиженная мать уходила к себе в комнату.
Однажды проснувшись утром, Раиса Ивановна открыла глаза и ничего не увидела. Она сначала подумала, что ещё ночь, но и ночью она видела очертания предметов, а здесь полный мрак. На кухне невестка Тася гремела посудой- готовила завтрак, шумели внуки, её сын Василий о чём-то разговаривал с Тасей. Было всё как обычно, кроме того, что пожилая женщина ничего не видела.
Кот Кузя прыгнул к ней на колени и замурлыкал свою песенку. Раиса Ивановна гладила кота, из невидящих глаз женщины текли слёзы, а в её голове звучали её же слова:" глаза б мои вас не видели".