Это странное таинство: выпечка хлеба. Всего неделю не касался теста, но все эти семь дней меня преследует чувство, будто я не сделал что-то важного. Эти странные заботы, что были мне прежнему равнодушны: покормить закваску, поставить опару, замесить тесто. Кто-то, быть может, скажет: «ты возводишь в культ обычную готовку еды». Но мне… по-мне, приравнивать жарку картошки и выпечку хлеба всё одно, что сравнить работу садовника и продавца за прилавком. Один — взращивает, душой и трудом лелея питомцев, другой – переносит с места на место сотворённое кем-то. Мне необычна забота о буханке, только родившейся из печи: хрустяща ли корочка, воздушен ли мякиш? Ты вдыхаешь этот запах, и с касанием его нейронов мозга с тобой происходит что-то волшебное, непостижимое уму: ты становишься счастлив. Тем счастием, что охватывает тебя на рассвете с первыми лучами солнца. Той радостью, что наполняет тебя, внимая угуканью младенца. Тем беззвучным блаженством, что не купишь на рынке ни за какие деньги. Той