Продолжаем: первая часть, предыдущая.
*
Я хохотала как сумасшедшая. Во-первых, мне начинает казаться, что одна из целей их поездки – засмущать меня до цвета Кремлевских стен.
Во-вторых, они были так безоблачно счастливы, так живы в этот момент. Как единое целое, трое ребятишек в телах взрослых парней. Они наслаждались своей музыкой, питались ее энергией. Я смотрела на них с восторгом, не понимая ни слова из их песен, но наслаждаясь ритмом и звучанием. И этим нескладным парнем в шортах и синей толстовке. Который неожиданно прервал свое чудесное пение и, что? танцевать? о, боги. Я подчиняюсь его хитрому обаянию и вот уже, теряя последний профессиональный облик, танцую с ним на каменной площади любимейшего города, заливаясь неожиданным счастьем.
Благо, доблестная охрана правопорядка строго стоит на страже счастья и несчастья нашего населения. И вот уже я снова краснею и оправдываю своих горе-путешественников и убеждаю, что «ну это же немцы, музыканты, что с них взять». А Хайни стоит рядом и уверенно на немецком что-то доказывает полицейскому, забыв хотя бы перейти на английский и не давая тому ни единого шанса на понимание. Только моя природная способность виновато краснеть и скороговоркой рассыпаться в извинениях спасает нас от гнева блюстителя спокойствия.
Скорее ретируемся с опасной площади. Ребята смеются, хвалят меня, хлопают по-свойски по плечу. Кажется, я прошла их личный обряд посвящения.
Мы дошли до Китай-города и заслужили порцию вкусного мороженого из джелатерии на стороне Маросейки. Я себя снова почувствовала, как в детстве, когда гуляешь с лучшими друзьями и мир вокруг бывает только счастливым.
***
I laughed out loud. Firstly, it seemed like it was one of their goals – embarrass me to the Kremlin walls color.
And, secondly, they were so happy at that moment. Three of them were like as one, like three kids in grown men’s bodies. They enjoyed the music, they feed of its energy. I looked at them with delight, I couldn’t understand a word from their song, but it was a pleasure to hear the rhythm and melody. And I felt happy because of this awkward guy in shorts and a blue hoodie. He unexpectedly stopped his beautiful singing, and, what? go dance? o, dear Lord. I submit to his cunning charm and now, losing my last professional appearance, I dance with him on the stone square of my favorite city, bursting with an unexpected happiness.
Well, the police strictly guard the happiness and misery of our people. So I'm blushing again and excuse for unfortunate tourists, and I convince the policeman that "well, these are Germans, musicians, what can we do with them".
Heiny stays right near me and convinces the policeman of something in German with all confidence he has. He forgot to choose English at least so he was completely misunderstood. Only my natural ability to guilty blushing and say a thousand sorry could save us from the police angry.
Hurry up to go away from the danger square. The guys are laughing, they praise me, pat me on the shoulder in a friendly way. I think I went through their personal rite of passage.
We went to the Kitay-Gorod and took the best ice cream in the Italian gelateria on Maroseyka street. I felt like I am a child again, as in childhood when you hanging out with your friends and the whole world around you could be only happiness.