Стояла в городе стена.
Долго стояла, годами.
Оставшаяся от симпатичного старого дома начала 19-ого века.
Плакала вместе с дождями. Мерзла под калининградским пронизывающим ветром.
Может быть, продолжала на что-то надеяться.
Может быть, уже и нет.
Дом находился на одной из самых красивых улиц в Кенигсберге, где жили зажиточные бюргеры.
"Дома — как люди: каждый имеет свою физиономию." Горький.
Физиономия этого дома была в стиле Барокко и выделялась от своих собратьев лепными орнаментами в виде солнца, разноцветными цветочными рельефами над окнами и даже геральдическими символами.
Во двор вели две ажурных арки.
Та, что поменьше, предназначалась для пешеходов, вторая − для проезда конных экипажей, а позднее − автомобилей.
В фильме "На дорогах войны“ все видели вторую арку. Под ней киношники разместили полевую кухню.
Дому в высшей степени повезло: он уцелел во время английского налета, он полностью сохранился после штурма города.
Вскоре в него опять заселились люди.
Дом привыкал к новому языку, к новому функционированию: вместо знаменитой Кройц-аптеки в нем открылась отличная пельменная, которую долго помнили старожилы.
Наверное, многострадальный дом изо всех сил старался сохранить свое существование, но без ремонта все равно начал медленно, но верно разрушаться.
Наконец, было принято решение временно расселить всех жильцов и заняться домом вплотную, но на дворе стоял 1987-ой год и все светлые намерения остались только на бумаге.
У нас живет семья, которая до сих пор имеет прописку в этом доме, об этом писали многие СМИ.
А сами они все еще живут в старом маневренном фонде, из которого их обещали переселить 20 лет назад.
Справедливости ради, надо уточнить, что им все-таки предлагали квартиру: с голыми стенами, без батарей отопления, дверей и оконных рам Ну, это уже другая история − об отношении к людям...
С тех пор дом опять стоял пустой и разрушался уже быстрее.
Его судьбой долго никто не интересовался.
И вдруг − наконец-то появился инвестор: компания "Жилпромстрой", которая рьяно взялась за дело, начав с того, что "разобрала западную стену здания, пояснив это работами по консервации объекта."
Потом было заверение, что проект по реконструкции здания будет разработан при участии немецких архитекторов.
Очевидно, немецкие архитекторы из природной вредности затягивали разработку проекта − если вообще знали о нем, и буквально через год абсолютного простоя здание было признано специалистами уже полностью аварийным.
Начались долгие выяснения отношений с инвестором, которые закончились ничем: назначенную нашим самым гуманным судом компенсацию за ущерб зданию в полмиллиона рублей к тому времени уже обанкротившийся экс-владелец в бюджет так и не выплатил и, по-видимому, не собирается, у нас это легко.
В итоге, от дома осталась одна стена…
Горожане уже почти смирились с тем, что и она скоро разрушится и порастет травой забвенья.
Но осенью 2016-ого года здание все-таки приобрел предприниматель − гендиректор местного сельхозпредприятия.
И действительно начал его восстанавливать.
Представив на общественный суд вот такой проект.
По закон Мерфи: "Ничто никогда не строится в срок и в пределах сметы."
Я не буду утомлять вас подробностями, что где и как удешевили в проекте, но в итоге дом предстал вот таким.
Напомню только слова архитектора Фрэнсиса Родмана, подтверждающие вышеупомянутый закон: "Оптимист — это человек, который думает, что сможет построить дом ценой 12 000 долларов за 12 000 долларов."
И началось...
Многим не нравятся песочные тона здания, так вот: "По изменению цвета была настоятельная рекомендация нашей службы охраны памятников", это вопрос к ним.
И далее...
"Стиль "ярмарочный скоморох" Полнейшая безвкусица!!!"
"Загубленный архитектурный памятник. Сочетание фасада под старину и стекляшек по сторонам − это издевательство над архитектурными стилями. "
"Здание не вписывается в архитектурный облик улицы и смотрится на Фрунзе неуместно."
Не вписывается...
В городе слишком много безвкусных сооружений, про которые хорошо сказал некий Геннадий Малкин: "Если архитектура застывшая музыка, то наши здания — собачий вальс."
Товарищи дорогие, во-первых, то что сделано − это гораздо лучше, чем вообще ничего.
Несравнимо легче строить вновь, чем перестраивать старое, так что может быть просто поблагодарить человека, что он вернул руины к жизни?
То время ушло и "не нужно пытаться вернуть его насильно. Старину надо переосмысливать, а не тупо копировать."
А вы как считаете?