В мороз над рекой клубится туман, гору он превратил в силуэт, Цветность съедает погодный гурман, оставив молочный след. Сияет вверху розоватый свет, в монохромном мерцании даль, Часто зимой очень бледный рассвет, влага в нём, будто вуаль. Юный кедр сочно-зелёный, в дымке блестит хрустальная крона, Одиноко растёт красавец холёный, вся хвоя изумрудного тона, Его окруженье, берёзки и сосны, иней искристый у них на ветвях, Льдинки в снегу, словно блёстки, сверху в траву снежинки летят.
В мороз над рекой клубится туман, гору он превратил в силуэт,
Цветность съедает погодный гурман, оставив молочный след.
Сияет вверху розоватый свет, в монохромном мерцании даль,
Часто зимой очень бледный рассвет, влага в нём, будто вуаль.
Юный кедр сочно-зелёный, в дымке блестит хрустальная крона,
Одиноко растёт красавец холёный, вся хвоя изумрудного тона,
Его окруженье, берёзки и сосны, иней искристый у них на ветвях,
Льдинки в снегу, словно блёстки, сверху в траву снежинки летят.