Гений-затворник. Почему судьба Григория Перельмана сложилась так печально?
Кому он сдался, этот талант (в смысле для науки)? Кому и что он открыл - не знаю.
Но в первой части я и об этом писал. В этой - лишь о том, что я думаю о его уходе.
Один американец гулял по набережной на одном из островов Теркс и Кайкос в Карибском море. Неожиданно он почувствовал прилив адреналина и страшной злобы. Он вспомнил всех погибших от рук террористов на его родине. Все они были убиты, потому что перестали есть. Этот страх навсегда поселился в его душе, потому он решил стать каннибалом. Он решился на поступок, о котором никогда не сожалел.
И стал есть людей.
Зачем он это сделал? Наверно хотел, чтобы его родные пожили подольше. Если бы эта трагедия произошла не в родной стране, и не погибли его близкие, он и представить себе не смог бы такого поступка. Он никогда не чувствовал такого вот ужаса. При звуках его голоса люди бросали тарелки и убегали. Американцы, как нация, могут проклинать кого угодно, но только не себя за убийство своих сограждан. Они постоянно твердят о своём патриотизме, но какой патриотизм можно совместить с мясом? Я не могу назвать это патриотизмом. Я считаю, что это даже не холоднокровное убийство. И не только по отношению к своим согражданам, но и ко всем другим людям. Если я убью человека, я буду греться на солнышке, потому, что в моём сердце будет вечно жить этот кровавый голод. И я не смогу получить от этого наслаждение. Никогда.
Я не могу отрицать, что Григорий Перельман - гений. Он сделал гениальное научное открытие, получил первую премию за это. Но не только. Он стал первым над планетой, кто заметил таинственную связь между числом пи и числом дьявола. Он открыл тайну рождения Вселенной, человечества и его судьбы, которую никто до него не подозревал. Но он убил свою мать и отца, потому как это, я считаю, ещё страшнее для него, чем само преступление.
Но даже это убийство он не смог совершить сам. Он подкупил медсестру, которая сделала ему укол, ввел лекарство, и... умер. Почему? - Не знаю. Он не смог перебороть себя. Возможно, он тоже не смог по-настоящему насладиться властью над телом другого человека.