Семейные тайны есть у всех. Так или иначе. Они хранятся за семью печатями, не для общего пользования, как говорится. Очутившись в тюрьме, я наполнился местным бытом, к общепринятым нормам добавились уголовные. Стучать на пахана нельзя!
Но теперь уж все равно. Тем более, что речь далее пойдет о моем самом большом заклятом друге по крови, о родном брате.
О неприкасаемом.
Даже когда, закончив с грехом пополам институт, он наплевал на условности и заселился к родителям с молодой женой, обсуждать и критиковать его было запрещено. Нюанс заключался в том, что работать братишка не хотел. Как сейчас любят выражаться, от слова СОВСЕМ. На сигареты он стрелял деньги у отца. Как, впрочем, и на все остальное.
Он ищет себя, не раз и не два заявлял отец, масляно поглядывая на меньшенького. Самое главное он выполнил. Вскоре после женитьбы, забеременела невестка, родился долгожданный внук. Кровиночка. Несколько лет нянчились с ним всем семейством, о мелочах, связанных с официальным местом работы для брата, никто не заморачивался.
Это не для него. Для младшего отец заготовил кое-что получше. Он отслюнявил нехилую пачку наличных и внедрил любимого сынка в торговый бизнес. Для начала барменом в кафе, затем, когда отпрыска принялись выволакивать на бровях в конце рабочего дня, пахан профинансировал новый проект.
В городе появился «оригинальный» продуктовый магазин, под недвусмысленным названием «На троих» Трое молодых сынков богатеньких персонажей города, трое мажоров, собрались в одно целое и принялись загребать деньги лопатой. Точка пользовалась успехом у молодежи, «тройка» ломилась от посетителей.
Появились бабки. Компания друзей завтракала в ресторане, не отказывая себе ни в чем. Отец надулся как индюк от важности. Как же, вложенные средства принесли неплохой доход. Значит, все не зря!
Да черт с ним, с этим старшим сыном, пусть пашет на чужого дядю. Работягам и прочим лохам по жизни так и надо. Ни на что путное он все равно не способен.
С тех пор произошла переоценка ценностей. Всю грязную и тяжелую работу поручали мне. Копать огород, обслуживать дачу за городом, реализовывать многочисленные строительные задумки отца. Он мог заказать машину удобрений и вывалить ее перед самыми воротами. Затем появлялся я с тачкой, и в одиночестве перетаскивал кучу внутрь огорода. Или мог выдернуть меня из семьи, привезти к родственникам в другом городе, с тем чтобы уже на месте обозначить проблему, которую надо решить.
Мне.
Сам пахан, дав задание, по многолетней привычке человека, привыкшего только командовать, садился в машину и уезжал куда-нибудь. Например, его могло осенить нечто гениальное, и он срочно докупал материалов, зря что ли он взял меня с собой. Давай-ка поработай. Раз ничего другого не можешь.
В то же самое время мой братец неплохо проводил время. У него появились привычки богатых людей. Он покупал шмотки только в бутиках, уезжал в горы кататься на лыжах, а по воскресеньям устаивал для избранных банный день. Накрывал «поляну» с шашлыками и омарами.
Отец закончил стройку века и двухэтажный особняк распахнул двери новым владельцам. Догадайтесь кому.
Родителям и молодой семье, то есть брату с женой и ненаглядным внучком. Надеждой и опорой всей нашей многочисленной семьи. Все вместе они переехали из трехкомнатной квартиры, где «ютились» долгие годы, ожидая лучшей доли.