бабушка очень любила своих внуков и меня в частности

бабушка очень любила своих внуков и меня в частности, что в особенности злило меня. Я просто не любил её. Но, как говорится, всему своё время.

Я, как и положено внукам, сидел в коляске (то есть, на заднем сидении мчащегося автомобиля), мать и отец стояли рядом. Я, конечно, не видел, что там происходит за окном, да и в принципе, на эти лица мне было вообще наплевать. Мои мысли были заняты совсем другим. Я думал об одной молодой семье, что жила в нашем доме, как вдруг, рядом с ними резко затормозила машина, и из неё вышел мой прадедушка.

-Её зовут Анхен! -- громко сказал он и направился к ним.

В этот момент меня словно молнией ударило. В тот момент я ясно понял, что прадед мой всё знает, видит меня насквозь, что никто мне не поможет, и я не проживу эту жизнь, даже если умру. Это было такое ощущение, что он читает мои мысли.

От этого стало даже как-то не по себе, и немного защемило в груди. Было очень страшно.

Прадед сел в машину. Его машина была чёрного цвета, в ней ещё было три человека, и ни одна машина не могла бы считаться красивой.

Он был немного похож на меня. И чем-то походил на того парня, которого любили его родители. Я не мог толком его разглядеть, но, тем не менее, я понял, почему его отец хотел именно его нарожать.

Мать с отцом схватили коляску, в которой сидел я и бросились прочь. Я хотел спрыгнуть с коляски, но те люди, что с ней были, не дали мне этого сделать, схватили меня и понесли на руках.

Несколько секунд спустя они подъехали к какому-то дому, и через какое-то время я оказался в какой-то комнате. Я помню, что этот дом был старой постройки, и на стенах у него были очень странные рисунки, насколько я смог их рассмотреть.

Через какое- то время дверь в комнату открылась, и оттуда вышел мой дед. Я заплакал, и тогда мой прадеда сбросил с себя какое- То подобие одежды, и подошёл ко мне.

С этого момента мы стали практически неразделимы, я словно подменили его.

Сначала я не думал про это, и даже, наверное, и не видел это. Он во всём был хозяином, и, что бы он ни делал, всё было правильно и соответствовало тому