Соломон Могилевский погиб в 1925 году в возрасте сорока лет. Даже Сталин принял всерьез слухи о том, что смерть Могилевского была подстроена. А некоторые современные историки уверены в том, что Могилевского устранил его заместитель, Лаврентий Берия.
Карьера Могилевского
Соломон Григорьевич Могилевский, если верить Валерию Прокофьеву, автору издания «Александр Сахаровский: начальник внешней разведки», родился в 1885 году в семье еврейского коммерсанта. Еще в юности Соломон увлекся революционным движением и вступил в родном Павлограде в РСДРП. За эту деятельность Могилевский был арестован, некоторое время провел за решеткой, после чего бежал в Швейцарию. Там судьба и свела его с Владимиром Лениным, по рекомендации которого он и перешел к большевикам. Несмотря на преследования, молодой революционер вернулся в Россию. Здесь он занимался подпольной работой и учился на юридическом факультете Петербургского университета. После революции Могилевский работал по специальности, служил в органах юстиции.
Однако в 1919 году решением Оргбюро ЦК РКП(б) Соломон Могилевский был направлен в распоряжение ВЧК. Квалифицированных кадров тогда не хватало, поэтому неудивительно, что вскоре, как пишет в своей книге «Внешняя разведка России» Александр Колпакиди, Могилевский уже был назначен начальником ИНО (Иностранного отдела) ВЧК. Специалистов постоянно перебрасывали с места на место, поэтому и на этой должности Соломон Григорьевич не задержался. В 1922 году он стал полномочным представителем ГПУ в Закавказье. Заместителем Могилевского оказался Лаврентий Берия, молодой, но весьма энергичный и перспективный чекист. Вот только Соломон Григорьевич недолго был начальником Берии.
Роковая катастрофа
Согласно официально версии, приведенной еще в «Малой советской энциклопедии» Николая Мещерякова (1930 год), Соломон Григорьевич Могилевский погиб 22 марта 1925 года в авиакатастрофе. В том же аэроплане «Юнкерс-13» находились также заместитель председателя Совнаркома Закавказской Федерации Александр Мясников (Мясникян), заместитель наркома рабоче-крестьянской инспекции в Закавказье Георгий Атарбеков, а также два летчика. Могилевский, Мясников и Атарбеков направлялись из Тифлиса в Абхазию по служебным делам. Через 10 минут после взлета футболисты, игравшие на поле неподалеку от Тифлиса, заметили, как на высоте 300 метров самолет задымился, а, снизившись, ушел в пике и взорвался при ударе о землю.
Если верить Михаилу Тумшису, автору справочника биографий руководителей органов госбезопасности «Щит и меч Советского Союза», до удара о землю из аэроплана успели выпрыгнуть Атарбеков и Могилевский. Мясников погиб при падении и сгорел, «будучи облит бензином взорвавшихся баков». Атарбеков и Могилевский разбились при падении с высоты. Такой вывод был сделан на основании того факта, что на их телах не было обнаружено крупных ожогов, но они оказались сильно изувечены. Согласно правительственному сообщению, у Соломона Могилевского были «разбиты руки и ноги». Оба летчика также погибли. По предположениям комиссии, трагедия произошла вследствие пожара на борту самолета, который в свою очередь произошел в результате неосторожного обращения с огнем.
Месть или устранение препятствий?
Авиакатастрофа была отнесена к категории несчастных случаев. Однако далеко не все были согласны с такой оценкой. Сталин еще 25 марта 1925 года писал Орджоникидзе: «Говорят, что гибель Мясникова, Могилевского, Атарбекова не случайна, а подстроена из-за мести двум чекистам (за расстрел), а Мясников убит из-за того, что армянин. Необходимо следствие» (Текст записки приведен в частности в книге Леонида Максименкова «Большая цензура»). Тот факт, что властные структуры действительно боялись мести подтверждается и другой, уже апрельской, запиской Сталина в адрес того же Орджоникидзе: «Получены сведения о десятках расстрелов в Грузии. Это подтверждает, что создаются опасные настроения в связи с террористической политикой ГрузЧК и ожидаются новые попытки восстания».
Впрочем, существует предположение и о том, что месть здесь ни при чем, а катастрофу организовал Лаврентий Берия. По крайней мере, такой точки зрения придерживается Владимир Антонов, автор издания «Начальники советской внешней разведки». По мнению Антонова, Атарбеков знал о темном прошлом Берии, в частности, о его сотрудничестве с разведслужбами мусаватистов в Баку. Атарбеков делился своими подозрениями с Мясниковым и Могилевским. Интересно, что когда в ЧК понадобился человек для перевода меньшевистской литературы, Могилевский тут же отверг кандидатуру Берии. Между тем Леонид Млечин, автор книги «26 главных разведчиков России», убежден в том, что Берии в тот момент было нечего опасаться, а потому незачем было и устранять пассажиров «Юнкерс-13». К тому же Млечин считает, что устроить взрыв или пожар на борту самолета было не так просто.