когда мы ехали в поезде и кто-то бросил бы сигаретку, — а сигарета, между прочим, немало стоит, — она подумала о том, что стоило бы в камбузе сварить кофе. Пожалуй, так и сделаю. — Послушай, Джордж, — сказала она, повернувшись к нему. — Ты так и не хочешь говорить, что там случилось. Я тебе не верю. Почему ты меня обманываешь? Он бросил на нее быстрый, пронзительный взгляд и сказал, подражая ее тону: «О, Кармен, Карм». Некоторое время они молчали. Потом он сказал: — И уже поздно. Я об этом не хочу и не могу говорить. Честное слово. "Так как-то это все странно, — подумала Кармен. — Такое чувство, будто какие-то странные вещи происходят. Ты просто как-никак его невеста, а теперь еще и жена. Неспокойно мне на душе». — Нет, — ответила она. — Продолжай. Расскажи мне все. — О, пожалуйста, — взмолился он. — Давай вернемся к яхте. Мне хочется как-нибудь связать эту ночь с яхтой. Ты ведь знаешь, какую роль она сыграла в моей жизни. Мне ведь всегда казалось, что это я сам ее пост