Обращение к академическим кругам в области, которая регулируется не чистыми правилами, а свободными и непредсказуемыми тенденциями.
Гарри Марковиц получил Нобелевскую премию по экономике за создание формул, которые точно скажут вам, какая часть вашего портфеля должна быть представлена акциями по сравнению с облигациями в зависимости от вашего идеального уровня риска. Несколько лет назад Wall Street Journal спросил его, как, учитывая его работу, он вкладывает собственные деньги. Он ответил:
Я визуализировал свое горе, если фондовый рынок пошел вверх, а я не на нем, или если он пошел вниз, а я полностью на нем. Моим намерением было свести к минимуму мои будущие сожаления. Поэтому я делил свои взносы 50/50 между облигациями и акциями.
В академических финансах есть много вещей, которые технически верны, но не могут описать, как люди на самом деле действуют в реальном мире. Большая часть академической финансовой работы полезна и подтолкнула отрасль в правильном направлении. Но его основная цель часто - интеллектуальное стимулирование и произвести впечатление на других ученых. Я не виню их в этом и не смотрю на них свысока. Мы должны просто признать его таким, какой он есть.
Одно исследование, которое я помню, показало, что молодые инвесторы должны использовать двукратное кредитное плечо на фондовом рынке, потому что - по статистике - даже если вы проиграете, вы все равно получите превосходную прибыль с течением времени, если вы отряхнетесь и продолжите инвестировать уничтожение. А в реальном мире никто не стал бы этого делать . Они поклялись вкладывать деньги на всю жизнь. То, что работает в электронной таблице, и то, что работает за кухонным столом, находится на расстоянии десяти миль друг от друга.
Разрыв здесь в том, что академики обычно хотят очень точных правил и формул. Но люди реального мира используют его как костыль, чтобы попытаться разобраться в беспорядочном и запутанном мире, который по своей природе избегает точности. Это противоположные вещи. Невозможно точно и разумно объяснить случайность и эмоции.
Людей также привлекают звания и ученые степени, потому что финансы не являются областью, санкционированной дипломами, как, скажем, медицина. Так выделяется внешний вид доктора философии. И это создает сильную привлекательность для академических кругов, когда они приводят аргументы и оправдывают свои убеждения - «Согласно этому Гарвардскому исследованию…» или «Как показал лауреат Нобелевской премии то-то и то-то…» Это имеет такой большой вес, когда другие люди цитируют: «Какой-то парень на CNBC от одноименной фирмы с галстуком и улыбкой ». Суровая реальность такова, что то, что часто имеет наибольшее значение в финансах, никогда не получит Нобелевской премии: скромность и право на ошибку.