Весь день, вот уже до седьмого часа, я бездельничал. Слово "прокрастинация" как будто уравнивает меня со всеми прочими людьми, занимающимися тем же самым, но оно точно определяет род моих сегодняшних занятий. А ведь утром было предостаточно времени... О чем-то я тревожился, в чем-то сомневался, думал, как добыть денег, которые я обещал родителям, и которые им нужны. Потом пытался отвлечься, между тем как отвлекаться если куда и надо, так в работу, тогда она получается хорошо. Только теперь я приступаю к работе. Если сейчас я, имея полный свободный день, не могу сосредоточиться, то как быть уже менее чем через неделю, в лагере? Там я определил себе следующий режим: подниматься за час до "официального" подъема и, после небольшой, для бодрости исключительно, зарядки - прочитывать пятьдесят страниц одной из прихваченных с собой книг; вечером же оставлять себе один же час до сна, чтобы написать страницу или две, вероятно, каких-нибудь наблюдений или зарисовок. Трудновато будет удержаться в этом намерении. Усталость будет накапливаться, но ведь каждую свободную минуту, например, за обедом, я могу тратить на что-то полезное, например, почитывать книгу. Вспомнить, сколько свободного времени у меня было в таком же лагере два года назад!
Теперь я берусь за дело. Можно не начинать резко, но начать с неспешного чтения. Главное же - замолчать, найти тишину - и ждать. Лучшее может войти в меня только если я освобожусь от всякого мусора, которым мое сознание наполнено добрые две трети суток.