Наверное, Вадим уже умер. А всё это и есть ад, про которой так часто и много говорят. Ему, как создателю личного слепого зеркала, пусть и непреднамеренному, куда после смерти полагается? Куда и всякой нечисти — в кучу той самой пресловутой ненужности. Без огня, дыма и без дум.
Провёл ты, Вадим, чёрный обряд, что и твои дальние предки. Добровольно отдал часть себя через кровь зеркалу, и оно наполовину тобой стало, наполовину собой. Оно с тобой теперь, куда и ты, как ты. С отражениями говорил? Говорил. Платил им собой? Платил. Нежитью ты, значит, при жизни числился, пусть и не знал о том. Незнание не освобождает от ответственности, сам знаешь. Умер красивый мальчик жутко, ведь в счёт погашения кредита за жизнь в отражениях, похоже, терзаниями не взяли. Гореть тебе в аду с шумом, дымом, воплями, но не живым.
— Живой?! — снова истязали Вадима. Видно, и в аду ему не дождаться покоя. — Зовут как?!
— Вадим, — прошептал он в ответ, с трудом разлепляя губы.
Он открыл глаза, а рядом на корточках сидел человек в темной спецодежде, бронежилете: автомат через плечо, яркая салатовая светоотражающая повязка на рукаве, каска, лица не видно, закрыто по глаза чёрной маской. Вадим обессилено выдохнул и провалился обратно в духоту.
Нет, это не ад, он ошибся, это хуже. Пока не приняли его, похоже. Поживи парнишка, говорят, окаянным, может, ещё успеешь расплатиться за нечистый обряд в здесь и сейчас и избежишь чистилища. Другие пусть в могиле остаются.
Оксана Одрина "Слепые отражения"
Читать на Литрес и Литмаркет.
