Суббота. Как я люблю выходной, люблю за то, что полноценно могу проводить время по своему собственному усмотрению. Никакая работа с постоянными отчетами и требованиями «прямо сейчас» не забивала мою голову, и я просто бродил по нашему загородному домику в поисках недоделок, которые не требовалось, а просто хотелось мне устранить. Через распахнутые окна доносился смех моей любимой дочери, которой совсем недавно исполнилось семь лет, и по окончанию последнего теплого месяца она вступит в свою первую взрослую жизнь с тетрадями, ручками и книгами. Хотя книги она уже очень любила, и я всегда удивлялся, с какими молящими глазками она приносила мне очередную сказку, и как эти глаза менялись на жадные и всепоглощающие, когда я начинал ей читать.
Я вышел на задний дворик и увидел, как дочурка бегает по недавно скошенной траве, кидает мячик, заливается смехом, что-то весело кричит и кувыркается на теплой земле. Дворик был совсем маленький, и при покупке дома я уговорил жену не делать на нем никаких грядок, не насаживать овощей, а создать уютный сад для нашей маленькой принцессы. Помню, как моя любимая супруга смешно пофыркала в недоумении: «И что же я буду привозить с дачи, если тут не будет никаких насаждений? И что же я буду тут делать…отдыхать что ли?». Но потом, улыбаясь, обняла меня и сказала, что мы с Софией можем творить здесь, что пожелаем. Она знала, что дочь для меня – это долгожданная мечта, и снисходительно относилась к моим желаниям создать для Софии беззаботное сказочное детство.
- Папа, - казалось, что ее звонкий голос разнесся по всей округи.
- Да, моя родная.
- Смотри, Алекс опять помял цветы, когда мчался за шариком. Этот пёс никогда не станет обходить препятствий на своем пути, он сносит всё! – трепетала София, подбегая ко мне с маленьким желтым мячиком.
- Милая, мы уже говорили с тобой по поводу Алекса…
- Но папа!.. Я его люблю, хоть он и такой неуклюжий, все портит и крушит, но он мой, я не хочу его терять.
Я присел на колено, и София крепко обняла меня за шею своими маленькими тонкими ручками. Ее светлые волосы были такие легкие, что от малейшего дуновения ветерка они начинали колыхаться и щекотать мое лицо. Я чувствовал, как капли стали падать на плечи, и она все сильнее сжимала меня. Я слышал ее дыхание вперемешку с прерывистыми всхлипами и понимал, что снова придется обидеть самого дорогого человека своими неуклюжими словами.
- Милая, Алекса нет! Он не существует.
- Ты обманываешь меня, папа, ты сам подарил мне его.
- София, я действительно подарил его тебе, но он умер год назад. Вспомни, дорогая, мячик, дорога, машина…он выбежал так быстро, что водитель не успел затормозить.
- Но я вижу его, папа, он тут с нами. Он играем со мной, он существует.
- Милая…- я взял Софию за плечики и пристально посмотрел в ее голубые заплаканные глаза. Я понимал, что она не дурачится и искренне верит, что Алекс бегает по ее любимому саду, и это пугало меня еще больше.
- Милая, Алекса нет. Будь ты чуть старше, я бы мог объяснить тебе, как человеческий мозг старается уберечь нас от травм и забывает какие-то события, я бы мог объяснить, что фантазия и реальность иногда переплетаются между собой, и мы не можем распознать, где правда, а где игра воображения, я бы мог…
- Но папа, я его чувствую. Я ощущаю его мокрый язык, когда он облизывает мои колени, я ощущаю его мягкую шерстку. Он предупредил меня своим лаем, что за забором какой-то мальчик целился в меня из рогатки. Он есть, папа, тут... со мной, с нами. Я люблю его, и он со мной.
- Дорогая моя, надо просто вспомнить всё, принять и отпустить его…как бы горестно не было тебе, но ему нужно уходить.
- Но папа!
- Дорогой, что там у тебя происходит?
Я обернулся и увидел, как жена тревожно шла в нашу сторону.
- Все хорошо. Я просто пытаюсь объяснить Софии про Алекса, но... я не знаю, как еще это сделать. Может у тебя лучше получится!?
Супруга ласково обняла меня и поднесла свои губы к моему уху.
- Дорогой, Софии нет с нами….прошу тебя, вспомни…мяч, дорога, Алекс…София.