Кажется, что все соратники Гитлера единогласно поддержали войну с СССР. Но не всё так однозначно. История – это такая вещь, с которой, вообще-то, нужно быть осторожными. Её пишут победители. И многое приукрашивают. Поэтому-то и встал вопрос о Гитлере, Великой Отечественной и всём остальном.
Сразу предупреждаю, что я не хочу оправдывать фашизм. И в мыслях этого нет. Просто хочется разобраться в деталях. Есть информация, что не все поддерживали план Гитлера по нападению на СССР.
Партийное единство
В НСДАП многообразия мнений не было. Гитлер смог сколотить команду настоящих единомышленников. Взглядов их я точно не придерживаюсь. Но могу отметить, что коллектив был целостный. Возможно, именно это привело его к многочисленным политическим победам. В том числе, к главной – Гитлер с товарищами стал править Германией и не только.
Были там вопросы по старым политикам, которых Адольф своевременно сменил. Но это мы не станем брать во внимание, потому что до войны тогда еще оставалось много времени. Мало кто думал, что Гитлер начнет потихоньку завоевывать мир. И у него это будет получаться.
Единогласное мнение военных
Тут тоже у Адольфа проблем не было. Решающую роль сыграло несколько факторов.
Во-первых, победоносная война в Европе. Гитлеровцы, легко разобравшись с Францией и Польшей, почувствовали силы. Они осознали, что немецкая армия – это мощное формирование, которому нет равных в мире. Ошиблись. Но долго так думали.
Во-вторых, о силе СССР почему-то судили по Первой мировой войне, в которой принимала участие Российская империя, а не Советский Союз. В Германии продолжали думать, что ничего не изменилось.
В-третьих, учитывалась неудача СССР в противостоянии с финнами. Тут, думаю, справедливо было анализировать этот опыт. Советские войска, к сожалению, показали, что находятся не в самой лучшей форме.
Итак, партийцы и военные были уверенны, что с СССР проблем не будет. Случится быстрая победоносная война, и Сталин сдастся на милость победителей.
Но были люди, которые выражали сомнения относительно того, что с Советским Союзом нужно воевать.
Речь идет о дипломатах. Самый известный из немецких – Иоахим фон Риббентроп. Это он там подписывал бумажки с Молотовым.
Впрочем, с Риббентропом тоже всё довольно неоднозначно.
Противоречащие друг другу показания
Рудольф Риббентроп – сын нацистского министра иностранных дел, написал книгу про своего отца, в которой, в частности, указывал, что отец даже в 1941 году не знал, что Гитлер решил воевать с СССР.
Якобы Адольф в беседах со своим министром исключал возможность вооруженного конфликта. Когда же Иоахим узнал о планах фюрера, то…
А что именно «то» - этого мы не можем узнать, потому что теории есть разные. Так, например, Бывший переводчик германского МИД Пауль Шмидт указывал, что Риббентроп, узнав об истинных планах Гитлера, метался по комнате и пытался убедить себя в том, что Адольф абсолютно прав в решении воевать с русскими. Дескать, превентивный удар – это нужная мера.
Шмидт сделал акцент на том, что его начальник планировал выстраивать мирные отношения сотрудничества с Советским Союзом, но, когда узнал об истинным планах Гитлера, попытался смириться с этим решением – убедить себя, что война нужна.
Таким образом, если верить Шмидту, Иоахим фон Риббентроп изначально надеялся, что Рейх и Советский Союз будут дружить.
Возможно ли была дружба? Думаю, что нет. Это всё равно что «дружить» огню и льду: либо пламя растопит затвердевшую воду, либо жидкость зальет огонь.
Рудольф Риббентроп выразил мнение, что у отца была несколько другая позиция. Якобы Иоахим не ставил целей по сотрудничеству с СССР. Германия якобы была ориентирована на Запад. То есть, хотела выгодно взаимодействовать с Великобританией. И якобы Риббентроп не понимал, как можно одновременно взаимодействовать с Лондоном и Москвой.
Так что, если и утверждать, что нацистский министр хотел сотрудничать с СССР, то это, в любом случае, был хитрый план.
Можно вспомнить еще одного дипломата – Вальтера фон Шуленбурга. Он был послом Германии в Москве. В 1941 года Адольф посвятил этого человека в свои планы. Тот принял информацию спокойно, вернулся в столицу СССР.
В целом, можно говорить, что дипломаты были противниками войны с Советским Союзом, но и они сильных возражений не высказывали.