ГЛАВА IV. ИГРА УСЛОЖНЯЕТСЯ
1 мая 2024 г.
Укрепблок "Кемерово-Северный-2"
Десять часов утра.
Концепция автономных укрепленных образований родилась сразу после окончания кровавого похода на запад, когда десятки потрепанных мобильных групп занимали позиции вдоль Транссиба - прикрывая бронепоезда на марше. К осени первая линия укрепблоков, или УБ - протяженностью от Тайги и до Уяра, была утверждена на высшем уровне, и рабочие Комитета принялись за дело. Понятие форпост или база утрачивали свое значение - каждый новая укрепленная позиция была обязана кормить и обеспечивать всем необходимым личный состав собственными силами. Большинство вояк и функционеров Диктатората отнеслись к идее со скрипом - извините, дорогие товарищи, Фронтир не сельхозугодья, где можно пахать и сеять. Местные коммуны предельно рассредоточены, в поселках и городках по-прежнему орудуют бандиты всех мастей, так какого хрена лысого вы нас подписываете под самообеспечение?! Мы что, задницей боеприпасы, медикаменты, бензин и жратву рожать должны, да?!...
Однако, бунтарские настроения были вовремя пресечены, а охранные роты ББ первым делом наладили поставки всего необходимого. На каждом УБ отныне располагались оранжерея, маленький сборочный и ремонтный цех, генератор, склад и казармы. Единого типового плана строительства не было, однако находчивые строители светлого будущего с поставленной задачей справились - к зиме работа половины УБ была налажена. Местное население в массовом порядке агитировали вступать в "охранные отряды" и роты КомСтроя - работать с восьми до семи за гражданский паек для полуголодных поселян означало иметь твердый шанс выжить в реалиях нового мира.
Все это касалось в первую очередь, новообретенных территорий где стахановскими темпами предстояло налаживать нормальную жизнь. Если в центральном сегменте Внутренний круг вплотную подошел к введению единой валюты и поэтапной смене режима чрезвычайного положения, то в западных областях худо-бедно ввели бартерный обмен и еле-еле переварили хаос и беспредел на коммуникациях.
Несмотря на бесчинства упырей, войны группировок и последствия ядерных бомбежек, западный сегмент обладал мощным потенциалом. Если в первые четыре месяца после Чистилища в Комитет влилось порядка тридцати тысяч человек, то к апрелю текущего года численность граждан Диктатората в сегменте С-2 перешагнула отметку в сто тысяч. Трудовые ресурсы перебрасывали на восток - Ядро и К-13 требовали все больше и больше рабочих рук, а уж за грамотного инженера, технолога или электронщика бригадам вербовщиков полагалась солидная премия.
Как и раньше, системе коллективного выживания требовались дисциплина и порядок. Условия постъядерного хаоса трактовали свои законы - чрезвычайно далекие от гуманности, предельно четкие и однозначные...
Если на одном УБ командир, умело пользуясь ресурсами, плюсами и минусами подчиненных, выстраивал четкую вертикаль взаимодействия, жизнеспособную и пластичную, то на другом царили форменный раздрай и пофигизм. Столкнувшийся с бардаком Кассад пытался решить проблему, выставляя на местах проверенных командиров, но дражайший глава ББ, или "Фюрер" как его прозвали солдаты, чисто технически не мог навести порядок на всех объектах...
... - Да я в душе не гребу какого черта комитетчики носом роют землю, - огрызнулся ефрейтор. - Третий день эти рожи снуют по всему УБ и что-то отмечают, фиксируют...Ты сам-то в курсе дел?
- Значит три дня, - чистильщик ИсОт в стальной маске покачал головой. - Ты их рожи видел? Ну в смысле без противогазов. Нет? То-то и оно, Серега.
- Не понял? Ты к чему клонишь?
- Никакие это не комитетчики, - чистильщик поднял забрало шлема и достал из кармана пачку сигарет. - Такие отморозки только у Кассада в Тайге водятся. Глянут - мороз по коже, да и типаж другой. Комитетчики какие-то нервные в последнее время - проверки, разнарядки, вечный геморрой. А эти черти спокойные как удав...
- Вот это прикол! Гена, да ты сам себя в зеркале видел, нет? Рожа как у маньяка, спиногрызов пугать можно, - сержант хохотнул. - Так я не секу фишку: если не Комитет, то кто? Неужто ББ?
- Очень похоже на то. Видать, Фюрер что-то крупное затеял. Вон, гляди, кажись к нам ползут, - ИсОт-овец выплюнул тлеющий бычок, опустил забрало и обернулся.
К блокпосту подъехал бронированный ЗиЛ. Из кузова на асфальт попрыгали парни в комитетовской форме - кепи, респираторы, серые комбинезоны...Ни дать ни взять, обычные работяги, восемь человек. Аккуратно выгружают оборудование - маркированные комитетовским треугольником ящики. И все же, бросается в глаза выправка: ни суматохи, ни беспорядочной свалки. Ящики аккуратно разбирают и несут к техблоку УБ - приземистому бетонному ангару, где под брезентом ждут своего часа шестиколесные броневики...
- Похожая петрушка у соседей творится, - тихо произнес чистильщик. - По всей линии укрепблоков ближе к реке слишком много комитетчиков в последнюю неделю. Последний раз я такое наблюдал еще в Ачинске, когда ваши вояки начисто перекрыли подходы к нефтезаводу...
- Харе прохлаждаться! - к блокпосту подошел сержант с нашивками за ранение. - Иванов, живо дуй в расположение! Чтоб через двадцать минут все были на построении!
- Товарищ сержант, разрешите обратиться...
- Отставить! Да знаю я все, - старший по званию сжал кулаки. - Командование нас совсем за дураков держит, если решило штурмовиков переодеть в комитетовские шмотки. Посему - завари хлебало и делай чо велено. Шагом марш!
-"Памперс" - "Тампаксу": дедсадовцы похоже просекли фишку с пеленками. Продолжаем операцию.
- Вас понял, "Памперс". "Гугл" и "Яндекс" установлены на жесткий диск, включайте окно поиска, прием.
- Принято, "Тампакс". "Сникерс" и "Пикник" в мусоропроводе, ждите гостинцев.
- Вас понял. Конец связи.
Трио бродяг в серых балахонах сидело у костерка на берегу реки. Мимо проплывали грязные куски льда - ледоход на Томи был в самом разгаре.
На закопченной проволоке пеклись крысиные тушки. Весна выдалась голодной - бродяги не брезговали откровенной падалью, даже если та слегка фонила. Что поделать - каждый выживает как может.
Со стороны кустов донесся звук шагов - к берегу пожаловали новые страдальцы - оглоеды. Еще четверо бомжей, в серых и черных куртках поверх засаленного камуфляжа. Они что-то тащили в заплечных мешках, негромко переговариваясь друг с другом.
- Бог в помощь, - прохрипел бородатый крепыш с фингалом под глазом, подойдя к костру. - Приземлиться можно?
- Кто такие? - спросил щербатый дядя в китайском пуховике, неформальный лидер троицы. - Чо надо?
- Не ссы, братан, не обидим, - бородач достал из заплечного мешка пластиковую бутыль с мутной самогонкой. - Тара есть?
- От это по-нашему, - щербатый извлек пластиковые стаканчики. - С закуской только беда...
- Петро, доставай, - бородатый хлопнул кореша по плечу. - Мы к вам, мужики собственно по делу. Но сначала хряпнем.
Хряпнули. Щербатый, отдуваясь, хватил крысятины прямо с вертела. Его собратья по профессии последовали примеру. Гости тем временем, извлекли из рюкзаков какие-то тряпки и уселись на каменистую землю. По кругу пошла банка с тушенкой.
- Угощайтесь, братва, - миролюбиво произнес бородач. - Эт самое, дядя, тебя звать-то как?
- Егор, - крякнул щербатый. - Эти двое - Вихор и Кореец. А вас как величать?
- Прохор, - бородач протянул крепкую пятерню. - Слышь, Егор. У вас тут как с житухой? Не шибко местные обижают?
- Это какие типа местные? - бомж смрадно кашлянул. - Тутошние или правобережние?
- Ну эти...Ди...мать-перемать...Диктат - че-то там, да Союз...
- А! Так прям сразу и сказал бы! - Егор рассмеялся. - Фашисты эти черные, или Ситниковские вспомогалы? Ну как сказать... - бомж задумчиво почесал репу. - Фашисты сидят на своих укреплениях и вроде не вякают...ну примерно раз в неделю. Техника у них, мордоворотов - мама моя...Вот только они сюда не суются. Ничейная тут земля. Ситниковцы пробовали тут рыбу ловить, да не вышла затея - то ли мор какой прошел, то ли радиация...Так и живем здесь, крыс гоняем да на собак капканы ставим...
- А чего сами к ситниковским не прибились?
- Э, ты чо?! - Егор побагровел. - Да ты знаешь какой они беспредел тут прошлой осенью замутили? Всех местных доходяг кто не заныкался согнали в кучу и строем увели в сторону автовокзала. А потом говорят, треть фашистам для каторжных работ передали, а остальных у себя оставили...Мол, вы все - бандиты и ворье, с вас надо три шкуры спустить - или работать идите, или мы вас порешим...
Прохор снова налил в стаканы самогон. Выпили.
Разговор плавно перетек в обсуждение неказистой житухи местных доходяг. Егор долго материл бывшее правительство, скотский нрав начальства в каком-то захудалом ЖКХ и бабье паскудство. Прохор внимательно слушал собеседника, не забывая наполнять стаканчики.
... - А фашисты говорят совсем звери. Не, то что мутантов этих ухайдокали эт конечно хорошо, но...бежит от них народишко. Все время - рейды, облавы, стрельба. Укрепления себе отгрохали, это ж надо! Народу у них поменьше чем у ситниковцев, но оружие...мда, - хмельной Егор мечтательно закатил зенки. - Вот нам бы пару ихних волын, да шмотки поприличней...Они ж с самого Ачинска пожаловали вроде как...
- Да не с Ачинска, а с Красноярска! - перебил Егора худой как жердь Вихор. - Емелю Миронина помнишь? Он много за их тему балакал. Что дескать, с первых дней как ядрена канитель началась, они шухер стали наводить. Мол, восточнее Красноярска у них главная база и все к едреней матери заминировано...
- Угу, заминировано, - отмахнулся Егор. - Порожняк ты гонишь! Где ж такое видано, чтоб за тыщу кэмэ грабли свои протянуть?! Им же жрать тоже надо, ядрен корень! И сколько надо таких же мордоворотов иметь, чтоб всех раком ставить?
- Егор, ты эта...В натуре, остынь, - к "дискуссии" присоединился молчаливый Кореец. - Мало ли кто че гонит. У нас вон, крыса сгорит скоро, - бомж аккуратно снял вертел и положил на тряпку.
- Угу, - мрачно пробурчал Егор. - Слышь, Прохор...Сам-то ты откудова?
- С Благодатного мы. Совсем от голодухи невмоготу стало, третий день у вас обретаемся.
- Благодатный, говоришь? А как ты оттудова мог приползти, ежели его еще в прошлом году беспредельщики сожгли?
- Было дело, - Прохор пожевал губами. - Отсиделись в подвале и на утро вылезли. Ну а дальше... - бродяга сделал руками неопределенный жест.
- Дело темное, - Егор хлебнул пойла. - Ну а зачем сюда приперлись? Здесь житухи путней тоже ни хрена. Вы бы на восток двинули, там говорят и с жратвой проблем меньше и житуха не такая гадская. Все ж лес рядом и людей мало. С местными бы погутарили да подвязались батрачить там, или чего еще.
- А сам чего тут сидишь?
- Так почитай, всю жизнь в Кемерово обретаемся, - бомж сплюнул. - У нас и домишки здесь целехоньки, а у Вихора вон, целое семейство.
Бомжи захохотали. В прочем, недолго - порыв холодного ветра заставил их зябко кутаться в рванье.
- А что за кент такой мажорный этот...Ну Емеля? - осведомился Прохор. - Нам этими фашистами все встречные-поперечные все уши прожужжали.
- Емеля? Да местный один. Типа барыга, что ли, - прошмакал Егор. - Барахлом ценным у него можно разжиться. Живет считай рядом, на Заречной, - бродяга махнул рукой в сторону города.
- Так может мы до него прогуляемся, а? Авось и вам ништяков перепадет, - Прохор изобразил доверительного вида улыбку. - Чего жопы морозить?
- Ну, ежели вы нам самогончику еще оставите - отведем, так уж и быть, - Егор поправил шапку. - Только непростое тут дело.
- Выкладывай.
- Э, родной. Ты куда так разбежался? У нас здесь, - грязный рукав куртки очертил полукруг. - Вроде бы как бомжатник. По ихнему - буферная зона. А хата Емели на территории кордона ситниковской Управы. Вход - два патрона. Можно добазариться с охраной, но это в случае если есть что обменять. Они из этих...Молотовцев, борода. Это короче самые борзые и упертые громилы во всей округе. Могут за просто так подвести к стенке и шлепнуть, им похрен. Но это если быковать начнешь.
- Стремные у вас порядки, братва, - Прохор прочистил горло. - Ну положим, добазаримся мы с охраной. Дальше что?
- Проводник вам нужен, - Егор крякнул. - Но учти, мужик - я за хрен с маслом ноги бить не буду, мне проблемы не нужны. Самогон вперед давай.
- Хм, - Прохор поморщил лоб. - Слышь, зёма, а что мне мешает подойти к охране и спросить - мол, где такой-то барыга поживает? Если они такие борзые, то полюбому этот кадр под ихней крышей обитает. Ну? Чего затих?
- Э, да ты чего? Не базару ноль, можешь лыжи навострить и чесать, - Егор клацнул зубами. - Вот только рожа твоя им незнакома. А времечко лихое нынче, всякая шваль шастает, да тварей шерстяных в округе снова стали замечать...Так что шлепнут тебя и твоих корешей как пить дать. Посему давай договариваться по-человечески, пока я не передумал.
Прохор как-то незаметно извлек из полы куртки пистолет с глушителей и, причмокнув, направил вороненое дуло прямо в лоб бомжу:
- Слышь, зёма. Ты мне пургу не гони. Я прямо сейчас тебе пол-башки снесу, а ребята мои твоих доходяг кончат. И вместо пузыря ты получишь деревянный дом, и то если какой порядочный мужик тебя закопает. Даю пять секунд на размышление. Кстати, предупреждаю: надумаешь быков звать - подохнешь первым. Усек?
С бомжа слетела вся показушная бравада. Сидевший напротив него бородатый дядька смотрел ему прямо в глаза немигающим взглядом, от которого по спине ползли мурашки. Егор трусливо замотал башкой, опасливо озираясь по сторонам.
- Да не ссы, щербатый, - Прохор хлопнул его по плечу. - Вот если бы ты не выкобенивался, был бы у тебя пузырь. Собирай шмотки - время дорого. Кстати, твои ребята побудут здесь, пока мы ходим. Вы же не против? - Прохор подмигнул бомжам. Те замотали головами, выражая общее согласие. - Отлично, рванули.
Кемерово, Кордон "Сибирского молота".
полчаса спустя.
С охраной Прохор добазарился по-хорошему, заплатив за проход четыре патрона 5.45 - два за себя, два за Егора. Дорога до жилища барыги прошла без приключений. Наподдав по заднице бродячему псу, Егор и Прохор подошли к старому забору.
- Только ты эта...Пушкой не свети - Емеля шибко буйный... - промямлил Егор.
Прохор ничего не ответил. Открыв калитку, он пропустил вперед бомжа, после чего уверенной походкой подошел к деревянному крыльцу.
Возле входа их уже встречали. Два человека, в вязанных масках и с автоматами.
- Стоять! Кто такие?
- Егор я, Щербатый. Это кореш мой, Прохор. Нам к Емеле надобно...
- Новенький значит? - охранник открыл дверь. - Напротив ящик - оружие сдай. Нам проблемы не нужны. Не мандражуй, все по понятиям.
Прохор аккуратно положил ПМ с глушителем в ящик, после чего охранник его тщательно обыскал. Не найдя ничего подозрительного, охранник открыл вторую дверь и вернулся на свое место.
В полумраке небольшой, заставленной ящиками комнаты, тлела керосиновая лампа.
- Заходите, - произнес сидящий напротив входа человек. Расположившись в кожаном кресле, он чистил видавший виды АК. Прохор прищурился - правая нога ниже колена у сидящего отсутствовала. Заместо нее был приторочен грубый деревянный протез.
- Че застыли? Падайте. Табуреты возле печки.
- Ты Емеля Миронин? - спросил Прохор, глядя на помятый китель инвалида.
- Ну я, - Емеля усмехнулся. - А тебя как величать?
- Прохором кличут, - бродяга перевел взгляд на щербатого. - Зёма, сдрисни. Живо.
Бомжа как ветром сдуло, даже дверь за собой прикрыл.
- Емеля, держи подгон, - бородач достал из кармана фляжку. - Ядрена бомба в вошь попала.
- И сразу вошь ядреной стала, - инвалид тихо хохотнул. - Хрена с два, родные.
- Дело у меня к тебе есть. Поговаривают, что ты о фашистах северных много ведаешь.
- Это тебе Егорка растрепал, да? А ты сам смотрю не того же пошиба что эти крысюки, - Емеля глотнул из фляги. - Да ну на хрен! Откуда у тебя эта бормотуха?!
- Оттуда же, откуда это, - Прохор достал из кармана нож. На рукояти была гравировка - три стрелки с шестерней. - Что скажешь?
- А не засланный ты часом казачок? - инвалид тихо положил на колено пистолет. - Слишком много хочешь знать, слишком кошерные ништяки с собой таскаешь. Не, брат, с тобой определенно не все гладко.
- С тобой тоже, Емеля. Да и никакой ты не барыга - сидишь себе, как паук в банке, да ниточки тянешь.
Емеля тяжко вздохнул и убрал АК в ящик.
- Значит слушай меня, Прохор - или как тебя там? Если ты хочешь серьезного разговора - приходи завтра ночью. Да не нервничай, я местным воротилам цинк кидать не буду. Потуси в бомжатнике, оботрись - но чтоб без глупостей. Если тебя возьмет в оборот патруль молотовцев, за тебя отписывать не буду. Тема ясна?
- Вполне.
- Тогда двигай, - инвалид отвернулся. - Двигай, я сказал!
Прохор пожал плечами, оторвал зад от табуретки и направился к двери.
Оставшись наедине с ящиками, Емеля негромко ругнулся и продолжил
чистку автомата.