Автор радеет за интересы Украины в связи с газопроводом «Северный поток — 2». Этот проект превратился в щекотливый пункт политики Берлина, так как вызвал опасения в связи с тем, что Германия не учитывает нужды украинцев и других соседних стран. Советы автора напоминают пословицу «и рыбку съесть, и в пруд не лезть».
Проект газопровода «Северный поток — 2» превратился в щекотливый пункт политики Берлина, так как вызвал опасения в связи с тем, что Германия не учитывает нужды украинцев и стран, которые находятся на пространстве между ней и Россией.
Приход нового американского президента к власти в январе вселил надежды на то, что Джо Байден поможет наладить трансатлантические отношения, которые при Дональде Трампе характеризовались так: союзники мало говорят друг с другом, но много — о себе.
По прошествии нескольких месяцев появилось большей оптимизма, но теперь главное, как решатся некоторые спорные вопросы. Что касается ключевой европейской страны, Германии, то для нее один из таких вопросов — «Северный поток — 2», уже почти законченный газопровод между ней и Германией на дне Балтийского моря.
Казалось бы, чисто технический проект имеет мощный стратегический подтекст. Для Германии новый газопровод — это прямая трасса для снабжения важным энергоносителем. Но этот проект также касается Украины, страны, для которой транзитные сборы — важный источник доходов и для которой газовые поставки в Центральную и Западную Европу — гарантия этих доходов.
Договор до конца каникул?
Берлин откладывает решение дилеммы, не желая делать стратегический выбор. Но уже понятно, что когда в середине августа Ангела Меркель приедет в Белый дом со своим последним визитом в качестве канцлера, она хотела бы, чтобы в папке с надписью «Северный поток — 2» у нее лежали прописанные и согласованные решения.
Но как найти вариант, при котором проект не остановится (иначе возможны претензии на возмещение миллиардов, потраченных на строительство), а более чем сорокамиллионная Украина не упадет в политическую и экономическую яму (сейчас она живет под давлением России, которая аннексировала Крым и поддерживает сепаратистов на востоке страны)?
Путь наметил февральский комментарий Вольфганга Ишингера, который в качестве посла провел пять лет в Вашингтоне, а теперь каждый год председательствует на Мюнхенской конференции по безопасности.
Среди возможных вариантов наиболее реальным кажется тот, при котором газопровод можно будет «достроить, а потом установить жесткие условия пользования им». Первая часть позволила бы Берлину сохранить лицо, так как он решил бы, что «Северному потоку — 2» быть, и устранила бы проблему возможной компенсации.
Вторая часть позволила бы связать газопровод с политическим контекстом и гарантировать, что Москва не воспользуется газопроводом, проложенным по дну Балтийского моря, для шантажа Киева.
Также Берлин мог бы связать решение о газопроводе «Северный поток — 2» с планами по поддержке энергетической независимости Украины, например, за счет возобновляемых источников благодаря собственному богатому опыту.
Во время текущего визита в Соединенные Штаты немецкий министр экономики Петер Альтмайер выразил дипломатический оптимизм, упомянув о возможном компромиссе, в котором сочетались бы гарантированные поставки энергоносителей с важнейшими интересами Украины и стран, соседствующих с Германией и Россией.
Встреча с Джо Байденом в августе даст Ангеле Меркель возможность успокоить своего американского коллегу, а дома — помочь своим христианским демократам, чтобы накануне сентябрьских выборов за эту тему не ухватились «Зеленые», которые очень критично настроены к Москве.