Рассказ.
Володя зашагал от окна к двери, потом обратно, полагая, что Юля позвонит сама. Но звонка не последовало.
"Точно. Не одна. Соседка права".
Володя пригладил выбившуюся чёлку и задумчиво вздохнул.
"Зачем она врёт. Я ни-ни. Ни разу. А она. Третий год после свадьбы. И главное, что ей не хватает?"
Володя требовательно посмотрел на телефон, будто он был виновником того, что долгожданный звонок не раздавался.
- Ложись спать, Миронов, хватит мерить комнату. 18 метров по прайсу, - возмущался засыпающий Клюквин.
- Мне должна позвонить жена.
- Позвони сам.
- Не могу.
- Почему?
- У нас заведено, что я пишу, когда свободен, а она перезванивает.
- Глупости, Миронов, так ты до утра ходить будешь...
Володя неожиданно сел на кровать и, обхватив голову руками, вдруг сказал:
- Другой у неё... понимаешь... с другим сейчас... не могу я позвонить! - почти закричал Володя и бросился лицом в подушку.
- Э-э-э, вот тебя плющит, ты пил что-ли? Юлька? Да она не такая... я же с ней одном классе учился. Она слишком правильная, Вовка.
- Вот. Правильная оказалась, слишком, боится признаться. Я только за порог, а к ней мужики на выходные приходят. Уже не первый раз. Соседка баба Тоня сказала.
- Юлька? Да, нет. Попутала эта твоя соседка что-то. Что я Юльку не знаю. Знаю. Через дорогу она от меня жила. Я даже за ней приударять пробовал. Но она ни в какую. Глупостями, говорила, мне заниматься некогда. Она в девятом классе перешла в вечернюю школу, чтобы работать и матери помогать. Отец у неё надорвал спину на работе, так мать его возила везде спину править. А у нас знаешь же, куда не сунься - везде сунуть надо. И конвертик обязательно пухлый. Вот Юлька твоя и работала, и училась, и за братом младшим следила, и огород на ней, и скотина. Знаешь, Миронов, - Клюквин даже сел на кровать, - а мне даже завидно. Настоящая у тебя жена, со стержнем.
Володя затих в подушке.
- Позвони уже, успокоит и давай спать, завтра вставать рано.
Миронов взял в руки телефон.
- Ну! - требовал Клюквин.
Миронов сидел и смотрел на телефон.
- Дай сюда, - Клюквин выхватил мобильник у напарника и нажал кнопку вызова.
- Хм... Не берёт. Может в ванной.
- Ты сума сошёл! Ты специально?!
- Что такого? Ну ты и ревнивец, Миронов, не ожидал, не ожидал, - Клюквин бросил мобильник Володе на кровать.
Через пять минут раздался долгожданный звонок.
Миронов спокойно поговорил с женой и положил трубку.
- Почему не спросил, меня постеснялся? - пробурчал засыпающий Клюквин.
- А что это изменит?
- Как что? Хотя бы будешь знать?
- Думаешь, скажет?
Миронов набрал вновь знакомый номер.
- Я знаю, что ты не одна, - спокойно сказал Володя.
- Дурак, вы там с Клюквиным пьёте что ли? - ответила жена и положила трубку.
Клюквин прыснул в подушку.
- Я так и думал. Спи, Отелло.
***
Командировка заканчивалась, пора было возвращаться домой.
Подозрения в измене всё же не покидали Володю. Он не переставал думать о том, что Юля ему не верна. Большая сумка на плече больно давила. Миронов поставил сумку на скамейку напротив дома на детской площадке и полез в кармашек за сигаретой.
- Здесь живёт, в этом доме? - спросил у своего собеседника проходивший мимо молодой парень с маленькой собачкой.
- Да, в этом, на третьем этаже. Вон подъезд, где мужик стоит. 37 квартира. Юля зовут.
- Понравилось? Хорошо делает?
- Да и берёт недорого.
То, о чём говорили парни дальше, Миронов уже не слышал. В 37 квартире в этом подъезде жил он. Юля его жена.
Что-то невообразимое стукнуло ему в голову. Он за несколько шагов очутился у своей двери, но почему то позвонил, а не открыл дверь.
- Привет! - воскликнула Юля и попыталась повиснуть у мужа на шее.
Но Миронов слегка оттолкнул её и шагнул через порог квартиры.
Он попытался втянуть в себя как можно больше воздуха, чтобы понять, пахнет в квартире другим человеком или нет. Но пахло рыбным пирогом и подгоревшей брусникой с сахаром. Его любимый сладкий пирог.
- Как командировка? - интересовалась жена, - устал?
- Я в душ.
- Володя залез в ванну и долго сидел там под холодной водой, пока не застучали зубы.
В небольшой семиметровой кухне от глаз жены некуда было скрыться. Она сидела напротив Володи за столом, подперев одной рукой голову и наблюдала, как он с удовольствием ест, откусывая кусок пирога.
- Что это, кстати, был за крик души в воскресенье?
- В смысле? - переспросил Володя.
- Ты позвонил мне и сказал, что знаешь, что я не одна. Я запомнила?
Она смотрела на него неподвижно своими зелёными глазами миндалевидной формы. Рыжий локон выбился из пучка на макушке и лёг на щёку. Миронову, почему-то, захотелось убрать локон и меньше всего говорить о том, что было в воскресенье.
- Я звонил?
- Да, Володя. Вы там с Клюквиным квасили что ли? Ты мне смотри! Клюквин хороший, но балагур ещё тот.
- Да, не... Юль, только честно. Ты мне изменяешь?
- Миронов! Ты что сума сошёл? Зачем? Ты задавал себе этот вопрос прежде чем спрашивать?
- Задавал.
- И
- ...
- Вот.
- Баба Нюра сказал, что к тебе ходят мужчины.
- Баба Нюра. Много видит твоя баба Нюра...
- Не переиначивай. Если бы только она. У подъезда какие парни обсуждали тебя. Один назвал номер нашей квартиры и сказал, что был у тебя.
Юля вдруг замерла и залилась краской. Она закрыла лицо ладошками, убрали и сказала.
- Ладно. Секрета не получилось. Хотя три месяца всё шло по плану.
Володя вскочил и бросил в тарелку недоеденный кусок любимого пирога с брусникой.
- Д...янь! Как ты могла!
- Володя успокойся. Поговорим.
- О чём? - Володя кинулся в спальню и распахнул шкаф. На кровать полетели рубашки.
- Миронов. Что ты делаешь?
- Ухожу.
Володя схватил со шкафа большой дорожный чемодан и положил на кровать. В большом чемодане хранился меньший по объёму чемодан Юли. Володя раскрыл свой чемодан и выкинул чемодан жены на пол. Юля не успела его даже подхватить. Чемодан открылся, и из него посыпались деньги.
- Что это? Откуда? - закричал Володя.
- Мои, заработала, - спокойно ответила жена и стала собирать деньги обратно в чемодан.
- Так ты продажная ...., это ты не изменяла, это ты за деньги!
- Миронов, что с тобой? Ты можешь успокоиться и выслушать хотя бы? - Юля никогда прежде не видела мужа таким.
- Ну! Слушаю, - Володя кинул рубашку в чемодан и посмотрел на жену.
- Тебе сейчас будет стыдно, Миронов, - Юля улыбнулась. - Послушай сначала, - успокаивала она мужа. - У нас с тобой не было свадебного путешествия. Не было? Не было. Я решила сделать нам с тобой подарок на годовщину, через неделю будет три года. Так? Так. Почти год, пока ты был в командировках, я стригла собак и кошек за деньги, иногда здесь, и ко мне приходили мужчины с собаками и женщины тоже, иногда я работала у клиентов дома. Обычно в мой чемодан ты не заглядываешь. Вот они, в чемодане, все заработанные на путешествие деньги.
Есть такая профессия - грумер. Она сейчас на пике популярности. Оплата хорошая. Я сейчас хожу на дополнительные курсы, чтобы получить диплом, понимаешь, Володя? Это не мужики, это кошечки и собачки, - смеялась Юля.
Миронов не знал, что ответить.
- Ну что, ревнивец, пирог пойдём доедать или будешь гладить мятые рубашки? - спросила Юля, выходя из спальни. - Я их второй раз точно гладить не буду.