Часть первая.
Немного о традициях
Из всего большинства живых существ и различных объектов, способных перемещаться в пространстве, имен собственных удостаиваются только суда и люди.
"И люди, и суда живут в непрочной стихии, подчиняются тонким и мощным влияниям и жаждут, чтобы скорее поняли их заслуги, чем узнали ошибки"(с) Дж. Конрад.
А что такое жизнь? Это прежде всего движение, движение в пространстве и во времени тоже. С временем все понятно, оно необратимо.
Любое же движение в пространстве есть беспрерывная смена обстоятельств и свойств среды вокруг. Чем сложнее существо, тем заметнее оно реагирует на притяжение Луны, влажность, холод и жару, плотность космических излучений, напряженность магнитного поля. И чем сложнее существо, тем таинственнее его связь с собственным именем. Имя влияет на человеческий характер и судьбу. И в этом тоже нет мистики.
Кому присваивается имя собственное?Только тому, кто имеет собственную историю жизни, то есть существу с судьбой, имеющему характер, отличающемуся ото всего другого сущего.(с)Виктор Конецкий
Поэтому каждый человек и каждое судно начинаются с имени.
Жизнь и тех, и других соизмерима. Соизмерима и по времени и по количеству событий. И принципы выбора имен - схожи у тех и у других.
И суда, и людей – называют в память о больших событиях. А еще – именами великих людей и святых. Названиями городов, стран, островов морей и океанов. Или просто словавми, обозначающими природные явления, состояния или качества.
Существует неписаная морская традиция — не называть новые суда именами погибших судов. Нет на свете нового «Титаника», нет «Лузитании». Исключение делается для боевых кораблей, погибших в сражениях. У людей тоже есть такие неписаные традиции. Едва ли кого назовут Адольфом или там Геростратом.
Но оставим имена судов до следующего раза, поговорим о людях. О традициях, которыми руководствуются при выборе имени ребенка.
И чтобы не задеть ничьих чувств – постараемся обойтись без политики, религии и футбола.
Наверно, самая давняя из существующих традиций - это называть сына или дочь именем дедушки или бабушки. И пусть каких-то внятных исследований на этот счет нет, наверно, многие могут вспомнить длинные родовые цепочки - когда правнук получает имя отца прадеда.
С одной стороны, неразрывная связь поколений. С другой стороны - иногда получается так, что внук в общем и целом проходит по тем же вехам жизненного пути, что и дед.
Не буду говорить про других, скажу про тех, с кем встречался в жизни и кого лично знал. Мой прадед, Алексей Сергеевич, успел повоевать в Первую Мировую, получить тяжелое ранение - пуля пробила грудную клетку и правое легкое и даже сумел выжить при том уровне медицины. Выжил, но от ранения так и не оправился.Элементарная простуда свела человек в могилу, когда тому и 40ка не было.
А старший брат отца, мой дядя, Алексей Сергеевич - он не воевал. Тем не менее, жизнь толком выстроить не смог. Развод с первой женой, потому что были молодые и глупые. Непонятные отношения с второй женой, постоянные командировки по всем веселым местам планеты, где встречались советские МиГи - гражданский специалист. Возвращение в пустую квартиру и попытка перебраться через балкон, падение с высоты, переломанные ноги.
Полгода на инвалидности, потом инвалидность таки сняли. Но оправиться от травм так и не смог - ходил с трудом и недалеко. Присел отдохнуть на скамейку, простудился. И эта элементарная простуда свела человека в могилу - 60ти ему не было.
Когда живые примеры стоят перед глазами - это нагляднее любых фильмов и книг.
А потому некоторые родители придерживаются теории обратной. Что нельзя называть ребенка именем, которое уже встречалось среди родственников. И сам придерживаюсь той же теории
Среди моих, по обоим линиям - были две Марии. Одна бабушка, другая прабабушка. И так получилось, что обе застали Великую Отечественную.
У обоих мужья не вернулись с войны. Одной повезло успеть эвакуироваться из Ленинграда в августе 41го. С полугодовалым ребенком на руках, почти два месяца добиралась до матери, которая в деревне жила - недалеко, в трехстах километрах всего. В Калининской тогда области, немец туда километров 20 не дошел.
Другой досталась зима в оккупации,дом сгорел, а из пятерых детей выжили только двое.
Наверно, потому среди трех моих дочерей нет ни одной Марии.
Продолжение следует