Эту историю я услышал на сборах начальников ВОТП в славном городе Воронеже в середине 70 х годов.
Сборы проводил трижды герой Иван Никитич Кожедуб. Доклад он прочитал быстро. Спросил, какие будут вопросы по организации сборов. Из зала кто-то громко пожаловался, что в буфете нет пива.
- Как это так? - удивился генерал-полковник, и приказал, чтобы к перерыву пиво в буфете было.
Вечером в нашей комнате в гостинице собралась небольшая компания, вспоминали разные истории, обменивались опытом … Заглянул к нам и один из преподавателей, инженер-полковник Борщевский. Скучно ему было у себя в номере, вот он со своим референтом к нам и зашёл. Историю, которую он начал нам рассказывать, закончил его коллега – капитан, поскольку вскоре у полковника задрожали губы и увлажнились глаза.
В молодости Борщевский служил в ТЭЧ вертолетного полка. В то время развитие вертолётостроения задерживалось из-за проблемы с прочностью лопастей. Не было надёжного метода индикации микротрещин, лопасти могли просто неожиданно разрушиться в воздухе … а это – чревато. А был у офицера к тому времени сын – подросток, а у сына – велосипед, на велосипеде же – настоящие резиновые колёса с камерами. И вот камера на заднем колесе постоянно «травила» при исправном ниппеле. Проверка методом погружения накачанной камеры в воду результатов не дала, очевидно, отверстие в камере было слишком маленьким. И вот пришла в голову пытливому инженеру идея: создавать в вертолётных лопастях избыточное давление, а индикацию наличия этого давления вывести в прозрачное окошко. Поршенёк он придумал такой, с одной стороны – пружинка, а с другой – воздух давит. Как только усилие пружинки становится больше, чем давление, оказываемое воздухом – поршенёк перемещается и в окошке появляется красная метка. Вот и всё – просто и надёжно, а при необходимости даже сигнализацию в кабине установить несложно.
Поехал наш инженер-капитан в город Люберцы, к заму Миля по лопастям. Принял его какой-то сотрудник генерального, фамилия тоже на -ский заканчивается, выслушал внимательно и схода предложил фифти-фифти, 50 на 50, значит. Жалко стало Борщевскому денег, ведь премия могла бы быть очень большой, и отказался он от помощи в оформлении изобретения. А для того, чтобы приоритет за собой оставить, написал заметку в журнал секретный «Авиация и космонавтика».
В Америке в тоже время вертолётная катастрофа крупная состоялась с гибелью людей и разрушением лопастей несущего винта. Сикорский премию объявил в миллион долларов за простой и надежный метод индикации микротрещин. А у него ребята в бюро научно-технической информации сидят, и всякие журналы со всего мира читают шпионами доставленные. И вот некий человек в таком бюро читает заметку, написанную черным по белому: «Метод обнаружения микротрещин в лопастях вертолёта», подписанную Борщевским. Фирма пробила эту идею по приоритетности как оформленное изобретение, но ничего такого не нашла. Сотрудник бюро получил свой миллион, а индикацию падения давления в лопасти вывели от мембраны.
Борщевский же получил таки свои 14 рублей за рацпредложение …