Редкий фильм о первой мировой войне, снятый в Германии в 1934 году участниками войны.
1934 год, Германия. Нацисты уже год как у власти и формулируют свой взгляд на первую мировую войну. Одним из кирпичиков нового направления стал фильм «Stosstrupp 1917». На русский обычно его переводят как «Штурмовой батальон 1917», хотя речь тут идет не о батальоне, а о штурмовой группе.
Штурмовые группы немцы начали формировать в разгар окопной войны. Это были подразделения численностью около взвода, хорошо вооруженные и подготовленные для боя в условиях вражеской сплошной обороны. Вот одна такая группа и находится в центре фильма «Stosstrupp 1917».
Фильм снимался уже при Гитлере. Снимался сторонниками НСДАП. Но, важно заметить, и ветеранами войны. Поэтому им был близок пропагандистский образ «нож в спину». Дескать, немецкая армия сражалась отлично и никогда не была бы побеждена, но революция в тылу нанесла ей удар в спину.
Говорят, есть более длинная версия фильма с дополнительным получасом сплошной пропаганды. В имеющейся у меня версии явной нацистской пропаганды уже нет. Но общий дух немецкого превосходства всё-таки сохраняется. Настрой прямо противоположный антивоенным фильмам 1930-х годов. Хоть американскому «На Западном фронте без перемен», хоть французской «Великой иллюзии».
Я бы сказал, что фильм «Stosstrupp 1917» интересен не политикой, не сюжетом, а образными, почти аутентичными, почти хроникоподобными картинками первой мировой войны. Снятый участниками войны, подошедшими к работе со знанием дела.
Первые сцены, весна 1917 года, Шампань. Штурмовой группе поручается сделать вылазку за языком. Прошел слух о подготовке крупного наступления Антанты. Имеется в виду наступление Нивеля (или мясорубка Нивеля).
Уже здесь видны основные приемы действия штурмовых групп. Прежде всего, большое количество ручных гранат у каждого бойца. Ими буквально засыпают французские окопы. Скрытное проникновение за колючую проволоку, прикрытие пулеметами, забрасывание гранатами, подрыв блиндажей при отходе.
По ходу действия демонстрируется несгибаемый дух немецкого солдата. В листовках их запугивают: мол, Америка вступила в войну, сдавайтесь, пока не поздно. Бравые немецкие солдаты только хмыкают: хех, это какой там по счету враг Германии, кажется 25-й?
Дальше начинается наступление французов с двухнедельной артподготовкой. Действие тут затянуто, но, видимо, с умыслом. Долгое время не происходит ничего, кроме постоянной долбежки снарядами. Немцы отсиживаются в подземных казематах, сутками выдерживая этот шторм. Надо показать тяжелые условия и опять же немецкий несгибаемый дух.
Атаке французов радуются как избавлению. Тут же забывается желание попить водички да похавать хлебушка. Все к оружию! И даже окружение не может сломить немецких солдат.
Кстати, в фильме пропагандируются довольно тесные, товарищеские отношения между рядовыми и офицерами. Это не очень походит на кайзеровскую армию, но, видимо, соответствует культивируемому духу армии Гитлера.
Лето, осень. В помощь французам активизируются англичане во Фландрии. Бравая штурмовая группа (наверное, в составе своего подразделения) перебрасывается туда.
Здесь опять им приходится сидеть под обстрелом, вести свои солдатские разговоры. Немецкий солдат миролюбив, все они говорят о доме, о мире, о конце войны. Но проклятые англичане и французы не хотят мира, поэтому немецкие солдаты будут стоять до конца.
Фландрская часть фильма однозначно радует эпизодами с английскими танками. Не скажу, чтобы в кино попадалось много сцен с этими номерными «Mk», а тут – пожалуйста. В одном спонсоне пулемет, в другом орудие – походу «самцы».
Надо ли говорить, что бравые немецкие штурмовики не только не испугались грохочущих чудовищ, но и смогли подбить один танк? Тут интересно, что в принципе верно определяется место английской атаки – Камбре, но не показывается ее полный эффект.
И наконец финал, декабрь 1917 года, та же Фландрия, блиндаж, Рождество. Сидят немецкие солдаты, перебирают имена погибших. И тут звучит несгибаемое «Эх, побольше бы таких мужиков, и мы могли бы не беспокоиться о победе». Да, мол, мы, немецкие солдаты, обязательно победим, но зритель должен помнить об «ударе в спину».
Фильм определенно интересен антуражем, аутентичностью вооружения – просто витрина оружия первой мировой войны. Пропагандистский настрой? В урезанном виде он вполне приемлем, многие страны снимали про себя примерно так (пусть и не об этой войне).
По-настоящему боевое военно-историческое кино, снятое участниками первой мировой –важный и уже невоспроизводимый фактор.