Ева опять на операционном столе. Чувствовала как хирург скользил скальпелем по её животу. Не больно... Как будто карандашом по коже.
У памяти острые грани. Чтобы ранились и помнили. И Ева... помнит.
Она тогда всё успела. Вопреки всему. Закончила учёбу, ремонт, в экспресс- режиме восстановила силы после операции. Подготовила всё для рождения и жизни малышки. Потому что у неё "естьяимысправимся".
Под анестезией Ева чувствовала как доставали ребёнка. " Не кричит... Почему не кричит?!"- побледнела душой Ева. "Ааааа!!!" От крика ребёнка Еву заколотило, слёзы озёрами наполняли глаза, стекали в уши, волосы. "У вас девочка! Посмотрите!"- Ева, повернув голову, увидела в ворохе голубой простыни пунцовые, негодующие щёки и орущий рот с пол-лица. " Жива! Главное жива!", - усилием воли Ева погасила тряску тела,- "Еще не всё. Надо закончить операцию." С последним швом хирурга закрылась дверь ожидания и настежь , порывом новорожденной жизни, распахнулась другая- в материнство. Долгожданное, вымоленное, выстраданное материнство.
Выписка. Аля во всех ракурсах позировала перед объективом фотоаппарата с дочерью Евы. Ева с иронией, молча наблюдала за этими танцами и копила камешки, которыми ,однажды, замурует дверь от глупости и звонкости пустого человека. Аля всегда хотела девочку, а у неё родились парни. "Я хотела девочку, а родился ты!"- обрушивала Аля глыбу вины и разочарования на голову младшего сына. Ева чувствовала, что Аля будет вставлять клинья между ней и дочерью, будет втираться в доверие малышки, наращивать силу своего влияния и красть душу её дочери, отодвигая родную мать на дальний план. Но, надеялась, что её подозрения, всего лишь вымышленная тревога, что всё-таки сестра, родная кровь, образумится, успокоится, что Еве Бог дал дочь, а Але сыновей, как и было Им задумано.... Всё оказалось хуже и сокрушительнее.
..."Я тогда всё правильно сделала" - память Евы перелистнула на Светлое Таинство. "Нуу, и когда будешь крестить? Я ж мать её! Крёстная!"- с напором наскакивала тогда на Еву Аля.
Таинство крещения- на то и таинство, оно не для дурных и завистливых людей. Ева долго выбирала крёстных для дочурки. Ведь главная заповедь крёстных родителей-это уважительное отношение к родителям крестника и искренняя любовь к людям. Всё прошло так как и хотелось Еве. В той самой церкви, где икона с подношениями, в атмосфере чистоты, света, сердечной радости. Ценные моменты- дочурка держит пальчиками свой крестик и с любопытством его разглядывает, купание в ореоле свечей и среди своих людей.
Когда Аля узнала, что младшая сестра крестила свою девчонку без неё пришла в бешенство:" У тебя совесть есть?! Это я мать её! Я!!!"
Зависть очернила сердце Али. Ева винит себя:"Надо было тогда закрыть за ней дверь! Тогда!". Хорошо зная старшую сестру, даже Ева не могла предположить, насколько может быть низок человек. Но отходчивому сердцу нужен более ощутимый удар. Удар по чести. И Аля его нанесла.
Позднее, как ни в чём не бывало, старшая сестра стала часто приходить в гости, щебетала ни о чём, пила чай, просто милые посиделки. И сегодня пришла, с младшим сыном. Ева на пару минут ушла на кухню за чаем для гостей, вернувшись, похолодела от увиденного. Аля сняла трусики с дочки Евы, демонстрируя анатомию девочки своему покрасневшему, сконфуженому сыну. Увидев Еву, заявила:" Пусть ходит без трусов и учится распространять феромоны!" И Ева закрыла дверь за своей, уже ставшим чужим человеком, сестрой, подперев камнями воспоминаний о ее поступках.
У памяти острые грани. Чтобы ранились и помнили. И Ева помнит.
