Счастье, ты ли это?

- Посмотри –посмотри! Только вчера на вон том кустике были маленькие бутоны, а сейчас – такие яркие и милые цветы! – Света, девочка, семи лет отроду, всегда светилась счастьем, в последнее время это было особенно видно. – Можно я пойду и сорву небольшой букетик?

«Господи, ну что за чудный и светлый ребёнок!» - раздумывал я, улыбаясь и кивая.

Света была вне себя от счастья: она быстро вышла из-за стола, обняла меня, и убежала во двор, собирать цветы.

Она выделялась среди многих людей, была умнее некоторых взрослых, смешно надувала щёки, когда злилась, много воспринимала нейтрально, оставаясь невинным и радостным ребёнком, хоть и была некоторое время незрячей, причём сиротой. Она не могла приводить себя в порядок, но она всегда ходила лишь с одной косичкой, мелкие рыжеватые пряди выпадали из причёски, и мягко очерчивали её щёки и веснушчатое лицо, подчёркивали её прелестные, словно небо в непогоду, серые глаза и длинные ресницы.

Я увидал её сразу – и хоть она просто сидела рядом с воспитателем, что отчитывал других детей за то, что они грубо и довольно жестоко избили девочку, она улыбалась, держа какого-то мальчишку одной рукой. В другой же руке она крутила маленький цветок, только-только распустившийся. Вид тогда у неё был не из самых приятных – серенькое платьице с длинными рукавами было разорвано возле подола, плеч и горловины, гольфы показывали разодранные в кровь колени, и ткань на ногах без туфель была бордово-красной, из носа, медленно, но верно, текла струйка крови. На щеках – красные, болезненные последствия от ударов пощёчин.

- Добрый вечер, я хотел бы усыновить ребёнка.

Воспитатель не увидел меня, и немного испугался моего голоса сзади. Он повернулся, потом посмотрел на Свету и приказал ей идти в корпус. Я вовремя спохватился:

- Простите, но позвольте оставить этого ребёнка.

Он понял мои намерения и подозвал обратно девочку. Встал, взял её за руку и подвёл ко мне. Она всё также лучезарно улыбалась. Я присел, и посмотрел на неё взглядом полного нежности и доброты. Мой голос немного охрип, и слушать его было бы не самым увлекательным занятием.

- Здравствуй!

- Здравствуйте,- Голос был тихим, робким.

- Как тебя зовут?

- Светлана Кофеева.

- Я вижу, что ты незрячая. Ты бы хотела видеть мир?

- Да, очень! – её голос практически сорвался на крик, полный счастья.

- Тогда, вот другой вопрос. Ты была бы больше счастлива: со мной, твоей новой семьёй, или с детьми в приюте.

Этот вопрос, кажется, поставил её в тупик. Помолчав минуту, она сказала:

- Я думаю, что и там, с вами, и здесь, с ребятами, мне будет хорошо.

- Почему ты так думаешь? Они же тебя избили, так почему же ты предполагаешь, что тебе с ними будет хорошо? – Я увидел, что макушки сзади поникли. Им стало стыдно.

- Потому что они этого не хотели! – с улыбкой выпалила Света – Я – слепа, и не могу дать отпора в любой ситуации. А сейчас у нас происходит переходный возраст, наши игры становятся всё более жестокими, и они не рассчитывают свою силу, не понимают, что делают больно. К тому же, прощение можно дать абсолютно всем! Вот!

Я, честно вам сказать, был удивлён. Света умна не по годам, и вместо того, чтобы обижаться, она простила сразу же детей, ведь понимала абсолютно всю ситуацию.

- Хорошо, тогда я заберу твои документы из детского дома, и через пару дней приеду за тобой, ты не против?

- Конечно не против.

Именно так Света появилась в моей жизни. Её имя полностью оправдывает её – такое же лучезарное и светлое, невинное чудо.