Это история из моего детства, реальная и не выдуманная.
Когда мне было 11 лет, наш частный дом пошел под снос, и нам дали квартиру. Вернее, дали несколько квартир с одного дома - каждой семье по квартире: нам с бабушкой и дедушкой, моему отцу с его женой и семье моего дяди. Вот так щедро раньше одаривало государство.
Бабушка, дедушка и я уже переехали тогда в новую квартиру. Отец еще оставался жить в доме. На тот момент он лежал в больнице, а его жена, раздобыв легкие деньги, куролесила по поселку и не появлялась дома несколько дней.
В доме остались кошка и собачонка, которую отец притащил откуда-то. Животных брать в квартиру дед не разрешил строго-настрого. По его мнению, в квартире им делать нечего.
К слову, на дворе стояла зима. И если учитывать, что мачеха не появлялась в доме пару дней, то я уже представила, что было с Шариком и Гиеной (так звали песика и кошку).
Я сильно переживала. Не сказав никому не слова, взяв кое-какой еды, побежала в старый дом.
Дома никого не было. Ключи, как обычно, лежали над дверью в специально приделанном из рубероида кармашке. Да, раньше ключи оставляли вот так, рядом с замком.
Открыв дверь, я проскользнула в полуподвал, оттуда по лестнице бесшумно влетела в жилые помещения. Дом уже остывал, чувствовался неприятный холод даже мне, одетой в верхнюю одежду.
Пробежав по небольшому коридору, распахнула двери в отцовскую спальню. Там, на неубранной постели, на задних лапах, оперевшись передними на спинку кровати, стояли и орали Шарик и Гиена. Голодные, брошенные, никому не нужные.
Я подбежала к ним, лихорадочно разворачивая кулек с едой. Тыкаясь мордахами, толкаясь, с жадностью накинулись на еду. Покончив с угощением, стали ласкаться: Шарик повизгивал, крутя хвостом, как юлой, а Гиена пыталась устроиться на коленях. Так мы с ними посидели минут сорок.
Но мне надо было уходить: не хотелось встречаться с мачехой, да и дома я никого нет предупредила, куда ушла. Уже начало смеркаться...
Никогда не забуду те две пары глаз - кошачьих и собачьих - что смотрели мне вслед: недоумение, разочарование, страх... Человек, куда ты уходишь? А как же мы? И осознание, что их снова бросают!
Я выскочила со слезами на глазах из дома. Прислонившись к стене, сползла на снег и заплакала, никак не могла успокоиться.
Пришла домой и бабушке рассказал, где я была. На следующий день она сама сходила к животинкам и покормила их, затопила печку, чтоб дом прогрелся.Через день вернулась загулявшая жена отца.
Что было потом с Шариком и Гиеной - не знаю. Правды мне никто не сказал. Никоим образом не хочу оправдать дедушку: в те времена отношение к животным было у многих с точки зрения практичности. И когда сносили частные дома на поселке - не все хозяева забирали кошек и собак в новые квартиры. Тогда сильно пополнилось братство бездомышей в нашем городе.
К слову, кошка у нас в квартире все-таки потом появилась. Деда уговорили... Но это уже другая история.