Ещё не звучало над страной громкое слово «БАМ», ещё спали непробудным сном эти таёжные края, по которым намечалось проложить магистраль, но уже десятки небольших десантов высаживались по всему трёх тысячи километровому пространству будущей железнодорожной стройки века. Геодезисты, геологи, изыскатели, они тщательно проверяли предстоящий маршрут, намечали стратегию и тактику предстоящих работ для десятков тысяч строителей со всего Советского Союза. На БАМе многое начиналось со слова «первый»: первый десант, первая станция, первый посёлок… Но там, где высаживались позже десанты строителей, до этого проложили здесь свои тропки изыскатели. Именно они и были первопроходцами. До того, как на БАМ пришли строители, здесь проделали огромную работу первопроходцы - геодезисты, топографы, изыскатели, геологи.
БАМ начался задолго до того, как в тайге зазвенели топоры и пилы лесорубов, готовивших просеку для железнодорожного полотна. Стройка началась с первых десантов и с тех трудностей, на которые безоглядно шли эти люди. Шли, наверняка зная, что идут по этой земле первыми. В таких десантах и проявлялся характер, который позже стал называться бамовским. Первопроходцы. Профессия изыскателя начинается с того, что ты сам в себе изыскиваешь силу и решимость ра-бо-тать! Убеждаешь себя и других, что можешь спать на мокрой земле, переносить стужу, довольствоваться сухим пайком и быть при всём этом не только работоспособным, а весёлым, компанейским человеком, делясь с товарищами последним. Приходилось встречать следующие десанты, и работа с каждым новым десантом закипала сильнее. Пара палаток разрастались до палаточного посёлка. Жизнь в посёлке бурлила и гудела как пчёлы в ульях, где все делали всё. Сооружали печь для выпечки хлеба, и сами же его пекли. Рубили деревья, стволы шли в дело, из них строили бревенчатые домики, устраивали настоящую русскую баню. Из этих же брёвен сооружали настил для вертолётной площадки, дабы принимать тяжёлые вертолёты. С этого и начиналась будущая железная дорога.
Хозяйственники при комплектации изыскательских десантов с трудом получали старые палатки, поношенные брезентовые костюмы, кирзовые сапоги, телогрейки и кое-какую кухонную посуду. Ещё сложнее было с рабочими. Собрать можно было только молодёжь, но горкомы и обкомы комсомола не решались посылать неопытных ребят в далёкую тайгу первопроходцами. Но интересен факт: несколько лет работал на изысканиях трассы БАМа учёный-палеонтолог, знаменитый писатель, геолог, изыскатель Иван Антонович Ефремов (1907—1972). В 1931 году он был начальником отряда Нижне-Амурской экспедиции. В 1932 в качестве начальника отряда производил изыскания железнодорожной линии Лена - Бодайбо - Тында. В задачу экспедиции входила маршрутная геологическая съемка по рекам Нюкже, Верхней Ларбе и их притокам. Заканчивался маршрут в посёлке Тындинском. Один из участков современного БАМа проложен по маршруту отряда Ефремова. В конце 1934 и январе 1935 г.г. геологическая Верхне-Чарская партия Ефремова исследовала Олёкма-Чарское нагорье.
В начале 1930-х прокладка трассы БАМа осуществлялась самым передовым на тот момент способом - с помощью аэрофотосъемки на первых крупных отечественных исследовательских самолетах АНТ-7. Одним из энтузиастов применения нового метода был будущий советский писатель-фантаст Иван Ефремов. В тындинском Доме культуры на правах местных достопримечательностей хранятся его личные вещи, летные очки и планшет, а также командировочные удостоверения. За отпущенный ему жизненный срок он достиг в разных областях своей деятельности таких впечатляющих результатов, что смело можно сказать — прожил не одну, а несколько жизней. Достаточно упомянуть, что за четверть века, с 1926 года, он участвовал в общей сложности в 17 палеонтологических и 14 геологических экспедициях Академии наук СССР, из которых руководил 26-ю; им опубликовано свыше ста научных трудов, из них 18 монографий; художественные произведения Ефремова выходили отдельными книгами не менее 350 раз на 45 языках, а роман «Туманность Андромеды», при нёсший ему мировое признание, выдержал 80 изданий на 39 языках народов СССР и зарубежных стран.
Все, кто читал «Туманность Андромеды», помнят одну из героинь романа Чару Нанди. «Однако лишь немногие знают, — пишет академик А. Яншин, — что имя этой необыкновенной девушки произошло от знаменитой теперь сибирской реки Чары, которая в 30-е годы очаровала самого Ивана Антоновича...». Чарская долина представляет собой глубокую, изолированную межгорную котловину с довольно суровыми климатическими условиями. Основной водной артерией является река Чара. Долина реки Чара невелика: протягивается с юго-запада на северо-восток, где река берет начало из озера Большое Леприндо. Протяжённость реки Чара 851 км. И.А. Ефремов зимой в 1934-1935 г.г. совместно с А.А. Арсентьевым провёл полевые экспедиции в долине реки Чара. Иван Ефремов – носитель энциклопедических знаний, которым он нашёл прикладное применение в исторических и фантастических произведениях. Его книги стоят в одном ряду с трудами Айзека Азимова, Герберта Уэллса и Станислава Лема.
Известный советский академик А.Е. Ферсман писал в начале 30-х годов, что на пути «освоения отдельных территорий лежит прежде всего научное овладение ими». В этих словах заключена неоспоримая истина. Для Байкало-Амурской магистрали, проложенной по труднодоступным местам Дальнего Востока, самыми важными людьми были изыскатели. Именно они первыми прошли там, где вскоре появились новые города, станции и участки знаменитой дороги. Зачем строили БАМ ? С государственной точки зрения всё понятно - это делается для развития экономики. Дорога важна тем, что она соединяет края и месторождения, города и посёлки, помогает быстро перевозить тысячи тонн грузов. Дорога - это ещё и испытание, она любит испытывать людей. Но самое трудное испытание - бездорожье! И вот на таком бездорожье у первопроходца должны хорошо работать не только руки и ноги, но прежде всего - голова. Настоящие таёжники - изыскатели не лукавят, когда отмалчиваются на вопросы о себе. Но именно им начинаешь безоговорочно верить. Веришь потому что если не верить изыскателю - то кому тогда верить? Тогда дороги заводили бы в тупик или проваливались в пропасть, рушились бы мосты, а поезда сходили бы с рельсов.
Безлюдье остро ощущается, когда стоишь в горстке таких же как и ты, и запрокинув голову, долго смотришь вслед улетающему вертолёту. А перед тобой только сумрачные дали, эти безмятежные на вид реки и ручьи, эти спокойные и крепкие хребты. Их не обойти, а перейти требуется. Почти по прямой. Только предстоящая прямая далеко не самый короткий и уж, конечно, не самый лёгкий путь к поставленной цели.
Мари и сопки, отсутствие троп ожидало поколение изыскателей на будущей трассе. А Большая земля где-то там, за сопками, куда полетел ставший родным вертолёт. Но он скрылся из виду. Впереди настоящая таёжная жизнь. Завтра с утра можно будет начинать работу. Брёвна уложенные одно к одному, останутся лежнёвкой, притрассовой дорогой, которая ещё долго будет служить отрядам комсомольцев-строителей.
Сурово и грустно смотрят вдаль изыскатели. Может быть они видят будущее этого края в виде огромной магистрали, большого количества машин и людей, разрушающих тысячелетнюю тишину. А может быть задумались о своих родных краях, где всё так знакомо и мило сердцу. Трудно понять. Но в этой тайге подуло новым ветром. Пришла новая сила, новая жизнь, незнакомая, но неотвратимая. И богатства этой тайги ведомы только тем, кто никогда здесь не жил, а теперь пришёл сюда. Пришёл надолго. Строить свою жизнь и огромную железнодорожную магистраль.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ на мой канал, впереди много интересного и познавательного про настоящий БАМ до 1996 года.
Пишите комментарии. До новых встреч!