Историк А.Н. Чернавский в течение многих лет изучал тему: «Армия и репрессии», – затем защитил диссертацию «Политические репрессии командно-начальствующего состава Ленинградского военного округа в 1937–1938 гг. и их влияние на состояние боеспособности войск».
Особое место в истории Красной армии занимают события, связанные с массовыми политическими репрессиями. Исследовать их значение – долг историка, потому что слишком близко, даже символично расположены события: аресты 37–38 годов и Финская, а затем Великая Отечественная войны. Даже на обычный, обывательский взгляд кажется странным: арестованы тысячи командиров, но многие считают важными и нужными массовые аресты военных, например, В.Суходеев и Б.Соловьев в работе «Полководец Сталин» утверждают, что репрессии шли на пользу армии: «И все же проводившаяся чистка была необходимым актом. Она укрепляла обороноспособность страны, в корне подорвала троцкистское влияние в Вооруженных Силах, очистила их от изменнических и шпионских элементов». Бей своих, чтобы чужие боялись?
А.Н. Чернавский считает важным показателем приграничный Ленинградский военный округ, которому явно особое место отводилось в системе обороны СССР. Здесь аресты начались, пожалуй, раньше, чем где-либо в стране: уже в июне 1937 г. увольняют по политическим мотивам, а также арестовывают командно-начальствующий состав, в то время как для всей страны 30 июля 1937 года был подписан секретный приказ НКВД № 00447. Этот день считается началом Большого террора, а в ЛВО всё уже было в разгаре.
Можно предположить, что это был прекрасно подготовленный и очень меткий удар по кадрам: «Основной удар политических репрессий был направлен против комсостава высшего и старшего звена. Значительно пострадали: командно-начальствующий состав управлений и штабов, командиры дивизий, бригад, полков и их заместители, преподавательский состав военно-учебных заведений, то есть те, чьи знания и опыт были жизненно необходимы Вооруженным силам страны в предвоенный период», – пишет историк, и рассуждает: «Кого арестовывали? Тех, кто обладал уже накопленным опытом и мог этот опыт передать другим».
Помните древнюю мудрость: «Стадо баранов, которое ведёт лев, опаснее стаи львов, которую ведёт баран». Нет, арестованных сменили не бараны – «в мифические заговорщические организации были, как правило, вовлечены командир дивизии (бригады), его заместитель, начальник штаба и политотдела, командиры и комиссары полков, то есть основные руководящие лица соединений и частей. В результате арестов произошло полное обновление основных руководящих кадров. На смену им приходили так называемые «выдвиженцы», то есть командиры и начальники, занявшие новые должности не в аттестационном порядке, а в силу сложившихся обстоятельств и по воле вышестоящих начальников. При этом определяющими показателями являлись социальное происхождение, национальность и политическая лояльность, многие молодые командиры были выдвинуты вверх по служебной лестнице, не имея необходимых знаний и навыков для успешной работы в новом качестве».
Вот они и встретили Финскую войну – результаты первых боёв показательны.
В 1937–1938 гг. по политическим мотивам было уволено свыше 4 тысяч представителей командно-начальствующего состава, проходивших службу на территории Ленинградского военного округа, А.Н. Чернавский установил фамилии 1152 человек (из них 1030 представителей командно-начальствующего состава), подвергнутых политическими репрессиям на территории ЛВО, из них казнены 721 человек (в т.ч. 617 представителей командно-начальствующего состава).
Арестовать, уволить из армии (в лучшем случае) или отправить в лагерь командира дивизии (бригады), его заместителя, начальника штаба и политотдела, командиров и комиссаров полков – да здесь фашистов не нужно, уже всё сделано, командование выбито!
А пришедшие им на смену будут пригибаться и оглядываться – как бы чего не вышло! А подчинённые будут внимательно смотреть на командиров – а вдруг тоже все враги? Может такая армия встретить противника «малой кровью, могучим ударом и на чужой территории»?
Так кто же это так хорошо всё организовал?