Вчера в парке наблюдала в сумерках за мальчиком на самокате.
Он вёл себя так, как будто не существовало никого вокруг, кроме него и самоката. И мне подумалось: может нам всем раздать по самокату, чтобы мы занялись каждый самим собой?
Иногда мне кажется, что наши души состоят из мозаики, кусочки которой ветер разносит, а потом собирает как попало и мы потом мучаемся, пытаясь подогнать одно к другому и сделать с собой что-нибудь более-менее сносное, гармоничное.
Я очень люблю собак. Если у меня когда-нибудь будет свой дом, я обязательно заведу себе собаку. Буду говорить ей шепотом: эй, иди сюда, и хлопать ладонью по ноге, а она будет приходить ко мне со всем своим тёплым молчанием.
Было время, когда мне казалось, что я могу быть чьим-то деревом. Обвить корнями его виски. Прорасти в грудь. Окутать его своим запахом.
Я уже и забыла, когда стала птицей. И когда в первый раз услышала тишину. Тишину, в которую я погрузилась, как в ватное гнездо, не чувствуя ничего, кроме своего тела.
Тишину в венах, когда кровь несказанных слов рисует граффити под кожей рук и шеи.
Подлую тишину, которая топит мои мысли, оплетая их, как удушивая ряска на пруду.
Тишину на кофейной гуще, которую тебе несложно будет разгадать в чашах моих грудей.
Тишину, запечатлённую твоими губами у меня на лбу.
Тишину-медикамент, от которой не получится отвертеться, как не получалось отвертеться от сиропа, который впихивали в тебя в детстве.
Тишину моих ночей, ракинутую копной волос по наволочке...
...
Сможешь ли ты услышать мою тишину, чтобы прийти ко мне, когда я тебя позову?