Маленький уголок в тихом лесном закутке московского парка – Пашкины «Полцарства». Здесь он вожак, король, глава, предводитель. Собачий приют, где каждый нуждался в Пашке, не выжил бы без его внимательного участия.
Стихийно как-то подобрались питомцы, стайка четвероногих калек и инвалидов, никому не нужных, брошенных или приведённых некогда любящими хозяевами на смерть, раненые, побитые жизнью отказники и бедолаги.
Это место стало приютом не только для несчастных животных, но и для людей.
Спасёновы прибились к берегам «Полцарства» неожиданно для самих себя.
Нет, с Саней-то всё понятно, у него миссия такая – спасать, помогать, тащить, выручать. Саня – это совесть и душа не только семьи Спасёновых, но и, кажется, всего нашего пропащего мира. На такой почве очень хорошо развивается чувство вины, и все, кому не лень, могут дёргать за его ниточки и подтягивать Саню к себе. Спасай, мол, чего тебе ещё делать...
Ася, его младшая сестра, немножко другая. Солнечный лучик, художница, дитя бестолковое, росточек, не сталкивающийся с жизнью. Недавно вышла замуж, и всё оказалось совсем не таким, как представлялось в радужных фантазиях. Не жизнь, а пиджак с чужого плеча — неудобно, тесно, душно.
Бунт, который вырвался из Асиного сердца, полыхнул вулканом, забрызгал лавой всё вокруг, засыпал слоем пепла добрые отношения, работу и семью – всю жизнь похоронил.
Долой барышню, рисующую котят! Да здравствует то, чему пока не подобрать слов!
Собачий приют становится для Аси местом переосмысления жизни и катализатором ещё большей ненависти — к тем, кто проходит мимо и живёт как хочет, не заботясь о проблемах братьев наших меньших.
Всё, кажется, усугубляется ещё больше, когда само существование «Полцарства» становится под вопрос. А может, всё летит прахом вполне закономерно, и пока не посмотришь смело на проблемы, толпящиеся на пороге, всё будет только хуже.
Когда случается беда, она высвечивает слабые стороны и больные места каждого. Одни ломаются сразу, теряют силы и опору, другие взваливают на себя всю тяжесть мира, развивают бешеную деятельность, становятся воинами и освободителями. Но все в итоге приближаются к тому, что называется смыслом жизни.
Вдруг с удивлением он понял, что основная мысль или «замысел» его человеческого существа не содержит в себе ничего серьёзного. Это был самый простой луговой букет нежности к жизни. Давняя музыка, дворовая липа, старомодная расположенность к родне. Вот он – ангел неодиночества! Всё, приобретённое позже, – образование, круг общения, статус – было «рукотворно» и не могло рассматриваться как истинная ценность.
Ошибочно было бы сказать, что этой весной в его жизни началось новое. В ней возобновилось бывшее изначально, но прерванное. Всё это напомнило ему реку, измельчавшую на какой-то срок и вновь набравшую глубину.
В книге кипит бурная весенняя энергия – оттаивают, освобождаются от снега истинные мотивы, стукаются друг о друга льдины недопонимания, ревность, злость, бунт мятежных сердец брызжет солнечными струями на полусонную от зимы Москву.
Вместе с тем, не смотря на накал страстей, Ольга Покровская умеет писать сокровенно, по-домашнему. В её строчки кутаешься, как в вязаный плед, их смакуешь, как ароматный пирог, в них прячешься, как в любимый свитер.
И веришь, что каждый получит то, чем успокоится его сердце.
Ольга Покровская, «Полцарства». Грифон, 2018.