Когда мы говорим о тайне в книжном мире, мы обычно имеем в виду криминальный роман, в котором совершается убийство и сыщик, профессионал или любитель, выясняет, кто это сделал. Есть, конечно, и поджанры—триллеры, каски, полицейские процедуры, даже эпизодические выходки, где не происходит никакого убийства. Тем не менее, слово "тайна" имеет гораздо более широкое значение за пределами публикации: загадка, тайна, загадка или что-то необъяснимое.
Эти последние определения подстегивают 20 эссе современных писателей-криминалистов в частных расследованиях под редакцией Виктории Закхайм. Задача участников состояла в том, чтобы созерцать тайны из собственной жизни. Некоторые принимают вызов с поразительными откровениями; другие выбирают более безопасный путь и исследуют, почему они пишут то, что пишут. Все участвуют и развлекаются, делясь личными аспектами своей жизни.
Двадцать современных писателей-криминалистов оставляют после себя художественную литературу с эссе, раскрывающими неразрешимые загадки из их собственной жизни.
Самые убедительные эссе-это те, в которых писатели откровенно рассказывают о некоторых очень темных моментах своего прошлого. Стеф Ча вспоминает мужчину, который прятался в переулке и делал непристойные предложения за окном ее квартиры, инцидент, который подчеркивает опасность, с которой женщины сталкиваются каждый день. Сулари Джентилл рассказывает, как обнаружила дядю, которого никогда не знала, запертым в лечебнице на Шри-Ланке. Домашние беспорядки также разыгрываются в пронзительном рассказе Уильяма Кента Крюгера о том, как его мать страдала психическими заболеваниями, и в правдивой истории Линн Кахун об обмане человека, который не был тем, за кого себя выдавал. Сверхъестественное встречается с некоторым скептицизмом (а также с некоторым неохотным принятием), поскольку Кристен Лепионка преследуется призраком, а Халли Эфрон неохотно посещает сеанс.
Человеческое тело, конечно, великая тайна, и болезнь находится в центре эссе Конни Мэй Фаулер и Кэролайн Ливитт. То, что Рис Боуэн называет “Длинной тенью войны”, также нависает над эссе Жаклин Уинспир и Чарльза Тодда, которые часто используют фон мировых войн в своих работах. Из очерков, прослеживающих стимул творчества их авторов, одним из наиболее интересных является роман Мартина Лимона “Земля утреннего спокойствия” о его любовной связи с Кореей и ее культурой, которая началась, когда он был американским солдатом, дислоцированным там. Столь же всеобъемлющая страсть Кары Блэк к Парижу началась, как она нам рассказывает, с чтения романов Мегрэ Жоржа Сименона. Как и Роберт Дюгони, Энн Перри пишет о “магии” процесса написания—хотя я, например, не слишком-то-втайне надеялся на отчет о ее собственном осуждении за убийство, когда она была подростком, - темном инциденте, который она никогда полностью не рассматривала.
В поворотах вдохновляющих, информативных и тревожных, Частные расследования будут смаковать многочисленные поклонники этих писателей.