Сладкий запах земляники растекался по саду. Это бабушка Пелагея варит варенье на уличной плитке.
- Варенье должно напитываться лучами солнца и летними ароматами. Тогда оно будет полезнее,- говорила она, снимая розовые пенки.
Тут же, в трёх шагах от плитки, рос аптекарский огород. Пелагея выделяла под него две грядки. И чего там только не было: и мята, и душица, и чабрец, и тимьян, и базилик, и эстрагон, и лаванда. Это для того, чтобы не бегать далёко, а прямо сорвать пару веточек, освежить водой, высушить на солнце, да бросить в медный таз, где варится варенье.
Пелагею называли сладкой знахаркой. Есть знахарки травницы, есть заговорщицы, а она лечила вареньем. Каждая её баночка была волшебной. Все, кто приходил к ней за помощью, через некоторое время приезжали с благодарностью и просили рецепт этого чудодейственного снадобья. Но, увы, Пелагея не брала за свою помощь денег и секретами делиться категорически отказывалась.
- За что же я буду брать деньги, если всё это мне даётся даром. Земляника, черника, малина растут в лесу - приходи да бери. Клубника, вишня, слива, яблоки, тоже по-божьему изволению в огороде поспевают.
А сирень с одуванчиками, так это вообще за даром. Не за что мне брать денег, да и не ради них я помогаю людям. А если дан мне какой-то дар, то грех на нем наживаться,- отвечала она. - А вот за возврат баночек буду благодарна, да от килограмма сахара не откажусь.
Так и повелось, что приходящие к ней за волшебным вареньем, приносили банку, да пакетик сахара. Вот и вся плата, которую принимала Пелагея.
Свою уличную плитку она выносила уже в мае. В то время, когда по деревне разносился аромат сирени.
За вареньем из этих пахучих цветков приезжали за сотни километров.
Однажды приехал молодой мужчина.
Он был музыкантом и зарабатывал себе на жизнь играя в джаз-клубе на саксофоне.
- Бабушка, помогите мне, пожалуйста! Сколько я уже таблеток перепил, но они только на время облегчают боль. Пальцы, это то, что кормит меня и мою семью. Артритом и мой дедушка, и папа страдают, это у нас семейное,- говорил он, с надеждой глядя на Пелагею, о которой ему говорили, что никто ещё не ушел от неё без помощи.
- От чего ж не помочь, конечно, помогу. Есть у меня одно варенье, которое как раз тебя и дожидается,- отвечала она, вытаскивая из шкафчика баночку варенья из цветков сирени. - Только ты за раз-то его не ешь. По две чайные ложечки. А ещё дам тебе сиреневую настойку, будешь пальцы свои на ночь натирать.
Уехал от неё мужчина. А зимой приехал снова, да в ноги упал с благодарностью.
- Бабушка, что я могу сделать для вас за спасение мои рук?- спрашивал он, готовый на всё.
Пелагея строго посмотрела на него, да велела подняться.
- Не гоже перед человеком на коленях стоять. А помогла я тебе ровно на столько, на сколько мне дано было свыше. А сделать ты для меня можешь вот что.
Во-первых, пойди в церковь, да поблагодари Бога за своё исцеление.
Ну, а во-вторых, если будет время, да желание, то приезжай в мае ко мне, да поиграй мне на саксофоне в то время, когда я варенье из цветков сирени варить буду. Музыка, она же сильнее магии. А варенье, напитанное звуками, исходящими из благодарного сердца, будет иметь двойную целительную силу.
Обрадовался музыкант, что может отплатить Пелагее своим талантом и стал каждый год приезжать во время цветения сирени.
Волшебные звуки музыки разливались по всей округе заставляя людей замедляться и закрыв глаза наслаждаться игрой саксофона.
А варенье, напитанное лучами весеннего солнца, да сдобренное звуками музыки, исходящими из переполненного благодарностью сердца, становилось в два раза волшебным.
Да и любое варенье Пелагеи имело великую целительную силу потому, что она любила свой дар и каждую каплю сладкого волшебства заговаривала на спасение от недуга.
Вот такой сладкой знахаркой была Пелагея, угощавшая розовыми пенками ребятню, которые, как осы слетались на одуряющий аромат варенья.