… После того, как я понял, что священство – это не привилегия и награда, а крест и «костыли» - для меня начались «курсы ускоренной подготовки».
...Первая в моей жизни Пасхальная служба запомнилась тем, что мне доверили нести хоругвь на Крестном ходе, и еще тем, что алтайцы многократно пели на своем языке «Христос воскресе…» В дни Светлой седмицы мне не удалось ни разу побывать на службе. А на Радоницу в Горно-Алтайск приехал архиерей – викарий Новосибирской епархии, епископ Томский Софроний. Я был только на вечернем богослужении и впервые видел, как архиерей служит панихиду. Оказалось, что во время службы настоятель – на тот момент – единственный православный священник не только в городе, но и во всем Горном Алтае – спросил владыку о том, дадут ли ему помощника, второго священника, на что услышал, что время сейчас такое – надо воспитывать местные кадры. Тут-то и начала моя судьба решаться: утром меня должны были пригласить в Алтарь, но я, не зная об этом, пошел в институт, на занятия. А вечером позвонил настоятель и пригласил побеседовать. Итогом нашей беседы стало то, что уже на следующую службу, в пятницу вечером, я вошел в Алтарь и на клирос, и стал готовиться к будущей хиротонии.
По большому счету моя священническая подготовка представляла собой примерно то же, что и подготовка младших лейтенантов военного периода: т.е. самые основы. Упор был сделан на минимально-необходимое: умение читать на церковно-славянском и понимать устав на уровне умения отличать утреню от Литургии.
В далекие советские годы, молодому человеку, да еще с высшим светским образованием, было неимоверно сложно стать священником. Почти невозможно. Мне же повезло и не только потому, что официально советский период закончился, но и потому что я сам – ничего не решал.
Получив диплом об окончании института я, через несколько дней, получил устный вызов в кафедральный город. Поезд приходил в 6 часов утра, поэтому в соборе я был к началу Литургии, но, оказалось, что меня никто особо не ждет. И только один пожилой священник сказал: «Ты приходи вечером, на Всенощную. Там будет архиерей, вот с ним все и решай!»
До вечера я был в состоянии какого-то «сна наяву» т.е. так и не мог понять, что же я здесь делаю, но на Всенощной, когда епископ вошел в Алтарь и все подошли к нему под благословение – то и меня тоже представили ему.
Он тут же благословил мне подрясник (повседневная одежда священника или монаха, чаще всего – черного цвета) и стихарь (богослужебное облачение церконослужителей и диаконов). В конце Всенощной мне сказали исповедоваться духовнику епархии, а после исповеди я подписал присягу. Так же мне сказали, чтобы я готовился к причастию, а на другой день утром в воскресенье, надо мной была совершена «хиротессия (пострижение) во чтеца» и хиротония (рукоположение) в сан диакона. И я, впервые в жизни причастился Святых Христовых Тайн не как мирянин, со «лжицы» (специальной ложечки) и у Амвона, а перед Престолом, вместе с другими священнослужителями… Самым тяжелым (и самым приятным) испытанием того памятного дня стало «потребление Святых Даров» из «праздничной Чаши». Может быть, с непривычки, я и не смог бы справится с этим ответственным заданием, но добрейший отец-протодиакон мне помог… При этом он сказал: «Никогда не бойся потреблять! В Чаше – уже не вино, а Кровь Христова, но со вкусом и видом вина. Сколько бы ты не «потребил» - не захмелеешь, но чтобы не искушать Бога – после потребления – сделай «запивку» и тут уж опасайся!» Чаша была достаточно большая и я, вкусив приличный объем, действительно сохранял удивительную ясность ума и четкость движений. Посидев несколько минут и отдышавшись, я дождался протодиакона и он предложил «запивку»: в «корец» (небольшой ковшичек) с кипятком влил, буквально, капельку вина, а я, съев кусочек просфоры и выпив предложенное, почувствовал себя, ….как на свадьбе лучшего друга!!! И когда другой диакон показывал мне схему каждения храма, то весь Кафедральный Собор под моими ногами качался и приплясывал…Правда, примерно через полчаса я уже был в полном порядке.
Вечером и утром следующего дня сослужил свою первую и последнюю службу в диаконском чине. Последнюю, потому что уже во вторник, в праздник Рождества Иоанна Предтечи, надо мной была совершена иерейская хиротония и стал священником.
Отслужив одну Литургию в Кафедральном Соборе, я получил благословение отбыть в распоряжение благочинного и поехал в сторону родных мест.
Продолжение ЗДЕСЬ:
- Если интересно дальнейшее повествование, то не стесняйтесь: подписывайтесь, ставьте "палец вверх", комментируйте.