Был у бабушки кот Рыжик. Гроза котов – как только соседские пушистики видели его, так сразу убегали с пронзительным «мяу», что с кошачьего можно было перевести как: «Спасайся, кто может! И кто не может – тоже».
Рыжик частенько ходил раненый, время от времени кто-нибудь из собратьев все же решался бросить ему вызов, но оспорить авторитет кота так никому и не удалось.
Единственной, к кому суровый Рыжик проявлял любовь и ласку, была потеряшка Сеня, которую бабушка приютила котёнком. Рыжик никогда не гонял её от миски: наоборот, если ела Сеня, он покорно отходил в сторону.
Спали кошки тоже вместе, свернувшись клубочками на русской бабушкиной печи. Играли так, как будто по дому носился табун лошадей: переворачивали всё на своём пути, даже разбили как-то любимую бабушкину конфетницу.
Изредка Сеня слишком сильно кусала старшего друга, и тогда Рыжик громким «мя-яу» напоминал ей об этом.
Но вот пришло время, и Рыжик стал для Сени не только другом, но и мужем. У них родилось 5 котят: трое рыжих – в отца, и двое серо-белых, как мать. Тут-то и пришла неожиданность – Рыжик оказался тем ещё ЯжеБатей.
Кот ни на секунду не отходил от отпрысков: грел их своим телом, вылизывал и недоверчиво урчал, когда кто-то из нас слишком долго задерживался у коробки.
Когда котята немного подросли, Рыжик стал учить их ходить в старый таз, приспособленный вместо лотка. Всегда лично проверял порцию еды в миске и недовольно и настойчиво мяукал, если корма, по его мнению, было маловато, и котятам требовалась добавка (опять же, по его мнению).
А уж играть с ними можно было только под его пристальным присмотром, и не дай бог Рыжику покажется, что вы сделали что-то не так. Чуть что уже совсем взрослых котят ЯжеБатя хватал за загривок и тащил в коробку. Лапы котенка-подростка при этом уже смешно волочились по полу. Он, вроде, даже пытался протестовать, мол, я уже большой, могу и сам. Но Рыжику до этих протестов дела было мало.
Котят мы раздали в хорошие руки, Рыжик и Сеня загрустили.
А вот со следующим выводком сразу все пошло не так: Сеня долго мучилась при их появлении на свет, и не мудрено: котят в итоге мы насчитали 11 штук. Но очень слабых. До утра не дожил никто. Вслед за ними отошла и котомама.
Рыжик не смог это пережить. Три дня ничего не ел, а потом просто взял и ушёл. Мы нашли его через неделю. Бездыханным.
Мне до сих пор очень жаль Рыжика и Сеню, но эту историю я вспоминаю, как яркий пример любви. Той любви, которая так редко встречается в мире двуногих...