В 1867 году император-реформатор Александр II уступил Русскую Америку Соединенным Штатам за 7 миллионов долларов. Тем самым он нарушил завет своего отца, Николая I, который даже в грозную эпоху Крымской войны воздержался от подобной сделки, неуклонно следуя собственному принципу «где станет русская нога, оттуда уходить нельзя».
Переговоры 1854 года
Положение Аляски в свете начавшейся в 1853 году Крымской войны вызывало тревогу как у царского правительства, так и у самих русских поселенцев. Отдалённая колония не имела серьёзных оборонительных средств. Каперы англичан и французов могли с лёгкостью разгромить флот Российско-Американской компании, а Ново-Архангельск, по оценкам военных, «едва мог выдержать нападение двух судов».
В этих условиях в Санкт-Петербурге вспомнили об идее генерал-губернатора Восточной Сибири Николая Муравьева-Амурского, который ещё за несколько месяцев до войны подал царю Николаю I записку с предложением уступить Аляску Северо-Американским Соединённым Штатам. Он утверждал, что эти земли рано или поздно всё равно придётся отдать, так как «Северо-Американские Штаты неминуемо распространятся по всей Северной Америке».
Не дремали и сами американцы. Госсекретарь САСШ Уильям Лернд Марси связался с русским посланником в Вашингтоне Эдуардом Стёклем и сообщил ему о заинтересованности в покупке американских владений России. Предположительно, о том же самом говорил с императором Николаем Павловичем прибывший в Санкт-Петербург американский медик Томас Коттман, которого в апреле 1854 года тепло приняли при дворе. Формально американец посетил Россию, чтобы бесплатно помогать раненым солдатам, однако историки полагают, что у него была и секретная миссия.
Поначалу речь шла не об уступке самой российской территории, а о продаже флота, имущества и земельных активов Российско-Американской компании. Хотя русские чиновники уверяли, что сделка будет «мнимой», политические и деловые круги Америки смотрели на это по-другому. В глазах американцев приобретение огромного владения на севере было практически решённым делом.
«Выбирая между захватом Ситки англичанами или продажей Соединенным Штатам, Николай, естественно, предпочел последних, и никто не может поставить под вопрос правильность его решения», — писала газета New York Herald (цитируется по книге «История Русской Америки»).
Американцы даже рассуждали о том, возможно или невозможно рабство на Аляске. Однако, вопреки их самоуверенному тону, сделка не состоялась.
Разворот
Переговоры между русскими и американцам дошли до того, что в мае 1854 года вице-консул Пётр Костромитинов уже подписал акт о продаже имущества РАК сроком на три года. До поры до времени документ должен был храниться у него – пустить его в ход планировалось только «в случае необходимости».
«Если бы по несчастию мы потеряли колонии, тогда посредством сего акта американцы объявили бы на оные свои права, а чрез это был бы повод к вмешательству в это дело правительства Соединенных Штатов», — объяснял Костромитинов.
Сумма, которую готова была уплатить за Аляску Американо-русская торговая компания, была больше той, которую САСШ отдали России в 1867 году – 7,6 млн долларов. Однако благодаря, по-видимому, отмашке из Санкт-Петербурга, сделка не получила дальнейшего хода. Дело в том, что русским удалось договориться с британской компанией Гудзонова залива о «взаимной нейтрализации владений». Эдуард Стёкль (впоследствии участвовавший в настоящей продаже Аляски), утверждал, что заключить соглашение помогли как раз слухи об американском интересе. Однако это больше похоже на самозащиту. В действительности, силы обеих воюющих сторон на Тихом океане были попросту слишком малы, чтобы вести активные действия. В августе 1854 года англо-французский флот осадил Петропавловск на Камчатке, однако успеха не добился.
Примечательно, что колониальные власти в Русской Америке даже получили выговор из Санкт-Петербурга за «чрезмерную самостоятельность». Разбрасываться российскими землями Николай I, в отличие от своего сына, был не готов.