При колоссальных человеческих потерях в годы Великой Отечественной войны многие красноармейцы погибали от рук своих же соратников. За какие проступки военнослужащий в ходе боя мог быть расстрелян на месте без суда и следствия?
Трусы и дезертиры
Таковыми, согласно приказу Ставки Верховного командования, признавались те, кто не сражался до последнего вздоха, сдавался в плен или срывал знаки отличия. Таких командиров, комиссаров и политработников расстреливали на месте.
Первые годы войны были богаты на людей, которые или попадали под самосуд собственных солдат, или доходили до трибунала. На военном суде соблюдались все обязательные формальности, включая расследование происшествия и заслушивание свидетельских показаний. Но в большинстве своем итог был один – высшая мера наказания в виде расстрела, который производился немедленно после вынесения решения.
Генерал-майор Павел Афанасьев в биографических «Моих воспоминаниях» описал, как с наступлением темноты, бросив всю материальную часть, артиллерию и лошадей, сбежала 34-я армия генерал-майора Гончаренко. Приехавший на место событий генерал-полковник Лев Мехлис распорядился поставить Гончаренко перед строем и расстрелять.
В постановлении ГКО, предварявшем приказ Ставки, говорилось о том, что паникеры и дезертиры в рядах Красной Армии приравниваются к врагам государства. Они порочат честь своей страны и подрывают воинскую дисциплину, а потому против них должны применяться строжайшие меры.
Самоуправство
Командиры имели очень широкие полномочия, в силу которых порой устраивали самоуправство, нередко в состоянии алкогольного опьянения. Так, командир 132-й дивизии полковник Гавилевский без разбирательства расстрелял майора своего батальона. Подобные проступки вынудили издать приказ «О фактах подмены воспитательной работы репрессиями», согласно которому Гавилевский был осужден на военном трибунале за самоуправство, уронившее его авторитет перед военнослужащими.
Подобных фактов превышения полномочий командирами было великое множество:
- лейтенант Комиссаров без повода убил красноармейца Кубицу;
- сержант Першиков из-за травмы руки слишком медленно слезал с машины, за что был застрелен полковником Сущенко;
- полковой комиссар Банквицер регулярно избивал своих подчиненных за курение или недостаточно уважительное обращение к нему.
Сталин своим приказом старался решительно искоренить случаи самосуда без очевидных причин, в том числе «под горячую руку и по пьяни». Подозреваемых в том или ином проступке подчиненных их командирам надлежало передавать трибуналу, а не чинить самосуд.[С-BLOCK]
Преступления против мирного населения
Под конец войны, по мере освобождения занятых немцами территорий был выпущен еще один приказ относительно взаимодействия с местным населением. Его текст гласил, что население других стран не должно подвергаться какому бы то ни было насилию, включая «половые связи с женским полом». Все виновные в подобных преступлениях карались по законам военного времени, хотя, следует признать, случаи такого рода были единичными.
С.Ю. Ушаков в работе «Фронт военных прокуроров» сообщает, что срок рассмотрения подобных дел редко превышал один день и максимум продлевался на 5 дней. Всего за полгода работы на фронте военные прокуроры завели на красноармейцев и их командиров более 85 тысяч расследований.
В книге Вячеслава Звягинцева «Война на весах Фемиды» указано, что с 1941 по 1942 год за подобные преступления было расстреляно 45 человек из высшего командного состава и бесчисленное количество лейтенантов, сержантов и прочих военнослужащих. Если же верить отчету прокурора СССР Виктора Бочкова, под военный трибунал попало свыше 90 тысяч военнослужащих, из которых порядка 31 тысячи было приговорено к расстрелу.