Найти в Дзене
Книжный шкаф

Пять сантиметров в секунду

Зарисовка о жизни в Зачарованном лесу, где-то в том году, который никто не помнит. Весна еще не окончательно вступила в свои права, но ее любимые морозостойкие яблони уже выбросили цвет, а кое-где даже зацвели. Королева в одиночестве прогуливалась под сенью распускающегося сада, слушая чириканье птичьей стайки. Сладкий запах ласкал ее обоняние, гладкая кора под пальцами успокаивала, а холодный ствол дерева остужал горячий лоб. Но этого всего было недостаточно, чтобы унять ее тревожное сердце. Сердце заходилось в жестокой агонии. Реджина всем телом прижалась к стремящемуся вверх дереву. Оно было здесь, когда она убила отца, чтобы наложить Темное проклятие, оно было с ней в Сторибруке во время проклятия, она хотела, чтобы оно сопровождало ее в следующем проклятии. Темное проклятие было единственным вариантом сейчас, но вариантом, который она не могла и не хотела привести в исполнение. Нужно бы найти другой способ. Но так она будет на один мир ближе к Генри… – Ваше Величество, – женщин

Зарисовка о жизни в Зачарованном лесу, где-то в том году, который никто не помнит.

Фото Bruno Kelzer
Фото Bruno Kelzer

Весна еще не окончательно вступила в свои права, но ее любимые морозостойкие яблони уже выбросили цвет, а кое-где даже зацвели. Королева в одиночестве прогуливалась под сенью распускающегося сада, слушая чириканье птичьей стайки. Сладкий запах ласкал ее обоняние, гладкая кора под пальцами успокаивала, а холодный ствол дерева остужал горячий лоб. Но этого всего было недостаточно, чтобы унять ее тревожное сердце. Сердце заходилось в жестокой агонии. Реджина всем телом прижалась к стремящемуся вверх дереву. Оно было здесь, когда она убила отца, чтобы наложить Темное проклятие, оно было с ней в Сторибруке во время проклятия, она хотела, чтобы оно сопровождало ее в следующем проклятии. Темное проклятие было единственным вариантом сейчас, но вариантом, который она не могла и не хотела привести в исполнение. Нужно бы найти другой способ. Но так она будет на один мир ближе к Генри…

– Ваше Величество, – женщина мгновенно напряглась, услышав за спиной голос, плечи расправились, и она развернулась, сверкающими глазами глядя на того, кто посмел нарушить ее уединение.

Ну, конечно, опять этот вор.

– Чего тебе? – из-за спины лучника показалось радостное личико Роланда, и Королева опять переменилась в лице: – Роланд! – она раскинула руки, и мальчик прыгнул в женские объятия. – Роланд, – ребенок прижимался к ней и что-то зашептал на ухо. – Конечно, мы можем. Да, определенно, – она отстранила его немного и заглянула в такие же, как свои, карие глаза. Только глаза ребенка лучились теплом и радостью, а в ее глазах, как разбитые зеркала, блестели осколки несбывшегося счастья.

– Роланд, вон там растут подснежники, принесешь для Королевы? Я тоже хочу поговорить с Ее Величеством, – разбойник нарушил их идиллию. Реджина недовольно поднялась и сердито взглянула на него, но мальчик не заметил серьезных переглядок взрослых и побежал за цветами в указанном направлении. Его отец сделал несколько шагов и остановился в метре от Реджины.

– О чем ты хочешь поговорить, Локсли? – женщина демонстративно отвернулась и старательно принялась разглядывать раскрывающиеся лепестки цветка на яблоне.

– Ты знала, что лепестки опадают со скоростью пять сантиметров в секунду? – он усмехнулся, увидев ее приподнятую в удивлении бровь.

– Если ты пришел меня просвещать, то не вовремя.

– Ты выглядишь обеспокоенной, – слова прозвучали у нее над ухом, и Реджина резко обернулась, нос к носу столкнувшись с мужчиной.

– Это не твое дело, – она свирепо посмотрела в голубые глаза. Снежка вечно сует свой нос куда не следует, а теперь еще и этот разбойник.

– Может, и мое, – он оставался спокойным: за полгода общения с Королевой мужчина достаточно узнал, чтобы не реагировать на ее выпады.

– Не забывайся, вор. Если бы не твой сын, я бы тебя испепелила! – она угрожающе подняла ладонь, и языки пламени пробежали между пальцами.

– Если бы не мой сын, я бы освободил тебя от этих тряпок.

– Что?

Он не дал ей опомниться: его губы оказались на ее губах, его руки притянули тонкий стан, его пальцы запутались в темных и блестящих, словно обсидиан, волосах.

Робин целовал ее очень аккуратно – не напористо, не неистово, не жадно – бережно, словно прикасаясь к бесценному сокровищу. Он наслаждался каждой секундой, пробуждая у нее и у себя подзабытые ощущения от касания чужих губ. Глаза давно закрылись, осталось только осязание: только его теплые ладони на талии, только его горячие губы. Она не властвовала, она подчинялась. И ей это впервые нравилось. Два изголодавшихся по любви человека встретились.

Но поцелуй закончился так же внезапно, как и начался. А ошарашенная Королева широко раскрытыми глазами вглядывалась в лицо Робина: пыталась найти там объяснение его поступку, но, кроме искренней улыбки и некоторого самодовольства, ничего не видела. Растерявшись, она разозлилась и взмахнула руками, исчезая в облаке фиолетового дыма. Он остался ни с чем.

– Где Реджина? – малыш Роланд прибежал с подснежниками в руках и разочарованно взглянул на отца.

– Она играет с нами в прятки. Найдем?

Улыбка озарила лицо ребенка, и он довольно закивал, соглашаясь.

***

«Нет, нет, нет! Не сейчас! Ну почему все так?» – Реджина переместилась в свои покои и металась по ним, как птица в клетке. Ладони потели, дыхание почему-то сбивалось, и каждая вещь нервировала. Она присела на край кровати и попыталась проанализировать случившееся. Ей не было неприятно. Ей понравился его поцелуй, но лучше бы он этого не делал… И так слишком много всего: Зеленая Ведьма, Темное Проклятие, ее тоска по Генри, Зачарованный Лес, который после двадцати восьми лет комфорта Сторибрука просто выводил из себя отсутствием горячей воды в кране и электричества…

Впервые Робин увязался за ней в день их знакомства. «Я перед тобой в долгу», – так он сказал и, не особо интересуясь ее мнением, отправился следом в лабиринт, а потом пытался отговорить накладывать на себя проклятье сна… Мешал и путался под ногами, как мог.

Спустя несколько недель взаимных пикировок он ворвался в ее покои посреди ночи и разбудил. Одетая лишь в откровенную ночную сорочку Реджина чуть не прикончила его прямо там, но он вовремя ухватил ее за запястья, и огонь потух в ладонях.

– Какого черта ты здесь делаешь?! Пусти! – она вырвала руки из мощного захвата.

Какая же манящая она была тогда, она даже не представляла: разомлевшая ото сна, с небрежно распущенными волосами, в тонкой сорочке, что только подчеркивала изящные изгибы тела… Любоваться было некогда.

– На замок напали. Я должен всех разбудить.

В следующую секунду дверь ее спальни распахнулась.

– Реджина! Реджина! Нас атакуют обезьяны! – взволнованная Снежка, тоже лишь в пеньюаре, застыла на пороге, увидев открывшуюся картину: полуобнаженная Королева, сидящая на кровати, и нависающий над ней разбойник.

Реджина про себя грязно выругалась и вскочила с постели.

Потом Локсли вздумалось быть рыцарем, и он следил, чтобы одна Королева в лес не ходила. Впрочем, она подозревала, что в этом уговоре участвует и Снежка после истории с сердцем и попытки погрузить себя в вечный сон. Это раздражало. На нее и напали-то там всего один раз, но шуму из-за этого подняли гораздо больше, чем следовало. Разбойник вытащил ее из передряги и потом еще две недели доставал вопросами о самочувствии, пока ее расцарапанная спина полностью не зажила.

Неделю назад на собрании он просто заткнул ей рот своим ответом:

– Что я здесь делаю, так это спасаю твой зад!

Она молча бесновалась и в первый момент даже не нашлась, что возразить. С одной стороны, он действительно был прав, а с другой – ее неимоверно эта правота раздражала. И тот факт, что он несколько раз ее спасал, и тот факт, что до сих пор считал себя в долгу перед ней, и тот факт, что в его присутствии она начинала чувствовать себя в большей безопасности, потому что начала ему доверять, и тот факт, что это было отнюдь не все между ними…

И вот теперь он поцеловал ее… Реджина закрыла лицо руками. Нельзя поддаваться слабости и впустить в свое сердце еще кого-то. Любовь – это слабость. Она делает тебя слабым, когда ты теряешь любимых.

Дверь спальни открылась, и двое мужчин застали ее, сидящей на кровати в раздумьях. Роланд запрыгал возле Королевы:

– Мы нашли, мы нашли тебя! – она удивленно посмотрела на мальчика, а потом на его отца, пока Роланд вручал ей цветы. – Ты спряталась, но мы нашли!

Робин подошел ближе и помог ей подняться.

– Все будет хорошо, Реджина. Пожалуйста, поверь, – разбойник осторожно привлек ее к себе и обнял одной рукой, а второй потрепал по голове кудрявого мальчика, который тут же побежал разглядывать туалетный столик Королевы.

Она прильнула к его плечу, спрятав лицо и вцепившись пальцами в грубую ткань рубашки. Может быть, он прав. Сердце стучало отчего-то так громко, и хотелось верить, что, да, все будет хорошо.

***

Проклятье, отредактированное Злой Ведьмой Запада, вступало в силу, расползалось по замку и королевству, но Реджина точно знала, что все будет хорошо. Можно стереть часть прошлого из памяти, но нельзя стереть любовь из сердца. И ее сердце знало, в чьи руки попало в Сторибруке. Она могла не помнить всего, но сердце помнило нужного, важного человека.

-2

#однажды в сказке #сериал #почитать #фанфик #романтика #любовь #магия #ведьма #как завоевать женщину #страсть в отношениях