Когда-то он был молодым и дерзким, как те художники, которых костерил Хрущев на вставке авангардистов в 1962-м и чьи картины давили бульдозерами в начале 70-х. Теперь же он - заслуженный работник культуры, прочно и даже нагловато укоренившийся в системе.
Александр Григорьевич Крюков (Юрий Беляев) пишет героев труда, рабочих и сталеваров, и получает большие заказы через знакомого из Союза художников. Он насквозь циничен и прекрасно понимает, ради чего забыл о творчестве и приспособился. Квартира в центре, машина, рестораны, любовницы - вот она, жизнь, о которой другие могут только мечтать. Но ему почему-то тошно. И жена смотрит с укоризной, и любовницы надоели, и сталеваров уже нет сил рисовать.
А еще какие-то уколы совести постоянно, и воспоминания из детства. Например, о том, как он, будучи мальчишкой, узнав о смерти Сталина, на полном серьезе сказал другу: "Давай больше никогда не будем смеяться?"
Герой в исполнении Юрия Беляева по своей органике и актерской игре напоминает Леонида Филатова. Ирина Розанова в роли молодой любовницы, которую он высмеивает за страсть к гороскопам - наша русская Мерлин Монро перестроечного разлива.
Интересный персонаж - художник-нонконформист Стас в исполнении Юрия Кузнецова. Бедный, но гордый. Александр Григорьевич его жалеет, потом презирает, наконец, злится, понимая, что тот прав и что он, заслуженный и успешный, вроде как и не художник вовсе.
А какая своеобразная женщина-эмансипе в исполнении Натальи Сайко. Сначала вся такая строгая в очках-стрекозах и подплечниках (мастер-класс: как в 35 выглядеть на 50), а потом, без лишних слов, одежду долой! Типично для перестроечного кино, как, например, внезапное оголение Ларисы Удовиченко в "Сукиных детях".
И как спокойно она потом отправила художника домой, мол, сделал дело - гуляй смело. Чем оскорбила его до глубины мужской души, и он в отместку задвинул ей речь про телегонию.
Хорош и отец художника, театральный режиссер, в исполнении Евгения Весника, и друг-скромняга, размышляющий о смысле жизни: "Единственное оправдание человеческой жизни - помочь другому человеку". А знакомый член Союза художников, над которым наш герой насмехался всю дорогу, в финале его, мягко говоря, очень удивил.
Фильм "Единожды солгав" меланхоличен как клипы Милен Фармер. В нем нет четкой сюжетной линии и финал открыт. Герой вроде бы на перепутье, блуждает, переживает, переоценивает, но... навряд ли изменится. Его выбор уже давно сделан, и в профессиональном плане, и в человеческом.
Вообще в 70-80-х любили снимать фильмы о мужчинах в кризисе среднего возраста: "Полёты во сне и наяву" с Янковским, "Отпуск в сентябре" с Далем... А что касается художника в системе, то тут вспоминается "Тема" с Михаилом Ульяновым. Возможно, причина тому — ощущение застоя, личного и общественного, атмосфера надоевшего вранья. «Забытая мелодия для флейты» с Филатовым из той же серии.
Добавлю, что «Единожды солгав» снял Владимир Бортко. За год до «Собачьего сердца» и за много лет до своей активной политической деятельности в рядах КПРФ.
Все статьи о советском кино на моем канале здесь: