Любимец Сталина и «хозяин» Ленинграда Сергей Киров был известен не только революционной деятельностью, но и страстью к балеринам. Во дворце Кшесинской первый секретарь Ленинградского обкома устраивал гремевшие на весь город пиры.
А в это время в квартире на Каменноостровском проспекте мучилась от приступов ревности и тяжелой болезни прикованная к постели супруга Кирова - Мария Львовна Маркус.
Служебный роман
Чернобровая Машенька очаровала Кирова еще в первый его приезд во Владикавказ в 1905 году. Она была яркой девушкой: статная фигура, большой бюст, роскошные длинные волосы, карие глаза. И такая красота пропадала зря: женихов в Северной Осетии было немного. Поэтому, когда старшая сестра Соня, занимавшаяся революционной деятельностью, представила Марии невысокого симпатичного Сергея из зауральского городка Уржума, в глазах девушки загорелся интерес.
Пусть внешне кавалер был неказист, зато был окружен ореолом романтики: к своим 19 годам он организовывал забастовки рабочих, несколько раз был арестован и даже успел побывать в тюрьме. На 18-летнюю Машу новый знакомый произвел большое впечатление, но он вскоре исчез. И появился только четыре года спустя, устроившись журналистом в газету «Терек», где Мария Маркус трудилась кассиром. Чем молодая еврейка привлекла заядлого революционера - непонятно: были в числе его знакомых девушки и красивее, и образованнее, и сговорчивее. По слухам, Киров уже был женат, но рано овдовел и один воспитывал ребенка. Он не стал тратить время на ухаживания и вскоре предложил Марии Маркус руку и сердце.
В дореволюционной России официальным считался только венчанный в церкви брак, но для этого Мария должна была сменить веру. Расстаться с иудаизмом девушка не пожелала, но согласилась жить с Сергеем в гражданском браке. Правда, с одним условием: она не будет воспитывать его дочь. Киров согласился. Маленькая Женя Кострикова поехала в детский дом, а Мария Львовна - в роскошную квартиру главы Ленинградского обкома. Много лет спустя Евгении Костриковой, командовавшей танковой ротой и дошедшей во время войны до Берлина, придется доказывать свое родство с Кировым.
Мама для падших женщин
Влажный климат Ленинграда подточил и без того слабое здоровье Марии Львовны. Из-за болезни легких она быстро утомлялась и всегда была раздражительна, страдала мигренью и бессонницей, так что не могла нигде работать. Киров перевел жену на должность домашнего секретаря. Большую часть своего времени супруга Сергея Мироновича проводила на даче, в санатории под Лугой или на черноморских курортах. По словам знакомых, Мария Львовна была малообразованной, склочной по характеру и неприятной в общении женщиной. Она так и не смогла родить супругу наследников, ревновала его к каждой юбке и часто устраивала скандалы. Так что к супруге Киров быстро охладел, но оставить ее не мог.
Нужно отметить, что вспышки ревности Марии Маркус отнюдь не были беспочвенными: Сергей Миронович обладал крепким здоровьем и за видным сексуальным темпераментом, выход которому искал на стороне. Он был достаточно начитан и любил искусство, так что, как и многие его высокопоставленные коллеги по Кремлю, в любовницы выбирал исключительно красивых и талантливых женщин: актрис, балерин, танцовщиц. Понятно, что вождь Ленинграда пользовался своим положением и был завсегдатаем кулис Мариинского театра, который — вот ирония судьбы - после его смерти переименовали в Кировский.
Желая показать мужу свою значимость, Мария Львовна, как и многие кремлевские жены, решила заняться общественной работой. В 1928 году она возглавила профилакторий для малолетних проституток, находившийся на Большой Подьяческой улице. Это было модное в те времена увлечение борьбой с проституцией и венерическими заболеваниями, захлестнувшими страну. По всему СССР открывались бесплатные венерические диспансеры, лечебно-трудовые профилактории и санатории. Молодые «падшие» женщины приходили туда по собственному желанию, полгода получали бесплатное лечение, психологическую помощь, жилье, питание, а затем трудоустраивались на фабрики.
Мария Маркус решила изменить работу профилактория. Женщина с двумя классами образования захотела войти в историю - и это ей удалось, правда, в отрицательном смысле. Жена Кирова уверяла, что жриц любви мало трудоустроить - их нужно идеологически перевоспитать, сделать из них рьяных коммунисток. Начались партийные собрания, лекции, митинги. Но эффект от них был прямо противоположным: бывшие проститутки заявляли о своих правах, отказывались работать и требовали предоставить им мужчин для удовлетворения половых потребностей. Всего за два года работы Мария Львовна полностью развалила труд профилакторий. Но, покидая пост руководителя, глупая и мстительная женщина не признала своих ошибок. Она добилась того, чтобы организацию по перевоспитанию проституток превратили в колонию и перевели из центра Ленинграда в область, за 240 километров от города. По этому примеру центры в других городах тоже стали закрываться, а советская проституция продолжала процветать, но теперь уже нелегально.
Обманутая вдова
Потерпев фиаско в борьбе с ленинградскими проститутками, Мария Львовна принялась пилить мужа, которого, очевидно, очень сильно любила. Для нее было шоком известие о том, что 1 декабря 1934 года Сергей Миронович Киров был убит выстрелом в затылок. Его сразу представили жертвой заговорщиков - врагов народа. Став вдовой, Мария Кирова по приказу Сталина получила полное гособеспечение. Ухаживать за младшей сестрой приехала София Маркус. За Марией Львовной была установлена слежка, но напрасно: не выдержав удара судьбы, вдова сошла с ума. В 1945 году она скончалась, так и не узнав скандальных подробностей о смерти своего мужа.
А секретов от жены, как и от страны, у покойного Сергея Мироновича было немало. Стоит упомянуть тот факт, что много лет спустя была исследована хранившаяся в музее одежда убитого Кирова, в том числе его кальсоны, на которых обнаружили следы спермы. По характеру ранения некоторые эксперты утверждают, что пуля вошла в голову Кирова, когда тот находился в горизонтальном положении. Была высказана версия, что убийца Леонид Николаев совершил преступление не из политических, а из личных мотивов, застукав главу Ленинграда в постели со своей женой, Мильдой Драуле.
По некоторым данным, в перерывах между интрижками с балеринами у Кирова с Мильдой был многолетний бурный роман. Павел Судоплатов, генерал-лейтенант НКВД, писал: «Мильда Драуле прислуживала на некоторых кировских вечеринках. Эта молодая привлекательная женщина также была одной из его „подружек"... Мильда собиралась подать на развод, и ревнивый супруг убил соперника». Говорили даже, что второй ребенок Мильды, которого она родила в 1930 году и назвала Марксом, был как две капли воды похож на Сергея Мироновича.
Мильда работала в обкоме партии, но Киров перевел ее инспектором кадров в управление тяжелой промышленности, где зарплата была больше. Нашел место и для ее малообразованного мужа-неудачника Леонида Николаева, устроив его инструктором сектора истпарткомиссии в научно-исследовательский институт. За профнепригодность и скандальный характер Николаева уволили, он долгое время писал в различные ведомства жалобы, а затем, видимо, решил лично пожаловаться Кирову...