Вот тут все говорят о маньяках. Тех, что уже, и тех, что потенциальные. Тема как животрепещущая, так и избитая. Вроде всё понятно, и давно народ определился на какой он из двух сторон: либо «самавиноватники», либо «кастрировать таких».
Я воспитываю двух дочерей. Воспитываю по современным меркам так себе. Иду так аккуратненько меж вседозволяющими «яжмамками» и недремлющим глазом органов государственной опеки. Сложно это – воспитывать. По мне в детстве ремень гулял – после него, что «плохо», запоминалось сразу же и на всю жизнь, вырабатывался инстинкт «попосохранения», коим руководствовался почти каждый советский ребенок при очередном стоящим перед ним жизненном выборе. Нынче ремень нельзя. Даже заикнуться нельзя: страшно. А ну как набегут органы опеки, да с полицией, изымут дитятко из семьи, а тебя, как мать нерадивую, погонят с вилами на ток-шоу, слезами горькими обливаться да перед народом каяться... А вот ребеночек у бабы Дуси с клумбы выдрал с корнем взлелеянные ею ромашки, и несется баба Дуся по всем соседям с новостью: «сорванец-то у Пупкиных не порот! все цветы подрал, а мать всё по головке гладит, вот помяните мое слово, – вырастит нам бандюгана на районе!». И тебя, как мать нерадивую, погонят с вилами… ну вы знаете. Сложно воспитывать, сложно. Но как-то мы все держимся.
Вот так же и с «маньяками». Отправляешь младшую дочь на детскую площадку, а сама бесконечно напутствуешь: ни к каким машинам не подходи, конфетки ни у кого не бери, котят/собачек не смотри, ни с каким чужим дяденькой с площадки не уходи. И с тетенькой, - добавляет муж. Провожаешь старшую: ни в заброшки/ни на стройки не ногой, одна не оставайся, в компаниях, где много мальчиков, не засиживайся, в гости – только к знакомым в сопровождении подруг, которых я хорошо знаю. И я, - добавляет муж. А вы не так? А не растим ли мы неврастеников? А уберегут ли их наши наставления? Сколько родительских нервных клеток безвозвратно полегло на этом фронте. А ведь вводить детей в общество как-то нужно, отпускать, готовить к самостоятельной жизни. Единственным наставлением со стороны моих родителей, отпускающих меня на прогулку, было саркастическое: «Убьёшся – домой не приходи!».
Так почему же нас, нынешних родителей, существующий общественный порядок вынуждает вести образ жизни крикливых наседок? Почему, как только задерживается мой ребенок на детской площадке или в школе, первым делом встает перед внутренним взором картинка с подозрительным дядей? Почему я так боюсь за своих детей, когда ввожу их в этот мир, который им, вообще-то, по праву тоже принадлежит и, как утверждают всевозможные психологи, должен приносить радость?
Что я хочу сказать этому обществу (а вернее, отдельным его членам, они себя узнают): не приведи господь после всех этих лет, положенных мною на воспитание детей в режиме «всего опасайся – расти счастливым», встретить мне хоть одного дурачка с позицией «сама виновата», - ой, держите меня семеро!!! Нам просто крайне необходимо вдолбить в эти пустые головушки защитников маньяков/насильников/извращенцев, что нет такого понятия «она спровоцировала». «Она» может вести себя, как ей угодно в рамках закона, как ей позволяет культура, вера, воспитание, совесть. «Она» может одеться и в бикини, и в паранджу. И все обязаны держать свои руки, а уж тем более «причиндалы» при себе. Вы – покрывающие эти мерзкие злодеяния, этих отвратительных людей своими «самавиновата» - недостойные члены нашего общества. На вас, формирующих пусть и малую, но всё же часть общественного мнения, тоже лежит ответственность и груз вины за то, что мы не можем спокойно выпустить своих детей на улицу.