Катя сидела у стола и смотрела на задремавшую бабушку. Сморщенное, как печеное яблочко, лицо. Худые, в коричневых пятнах и голубых прожилках вен руки. Совсем старенькая стала. Время безжалостно. Сейчас Екатерину Ивановну подводят глаза, ноги, память. Но, слабея телом, бабушка не слабела характером. Уж это Катя, названная в честь бабушки, знала точно. На фронт, выпускница одной из московских школ, Катя Иванцова уходила 17-летней. Победу, много вынесшая и повидавшая, фронтовая медсестра встречала в Берлине. Уходили от военкоматов, Песнями взрывая тишину, Школьницы вчерашние, девчата На большую, страшную войну. Уходили. Плакали, но пели, С мамой попрощавшись впопыхах, Девочки, надевшие шинели, Девочки в тяжелых сапогах. Рассказывать о войне Екатерина Ивановна не любила. Она слишком хорошо ее помнила. Всю жизнь. Помнила как храбрились в июне 1941, собираясь победить фрицев за месяц-два, максимум за полгода. Помнила первую бомбежку, когда выскакивали из раскуроченного мессерами поезда