Те, кто давно занимается бегом, уже привыкли к этому неизменному эффекту: после пробежки, как после летнего ливня, возникает ощущение легкости и свободы. В голове проясняется, и само собой приходит решение многих вопросов. А весь секрет в том, что нервные клетки восстанавливаются, и происходит это через 30-40 минут после начала бега.
Если никак не решается задача, выйдите и пройдитесь быстрым шагом, а лучше – пробегите хотя бы пять минут. Чувствуете, что скоро взорветесь, или заплачете, или вообще ничего не чувствуете, но ощущение не из приятных? Отправляйтесь бегать и посмотрите, что будет. Нельзя бежать и в то же время жалеть себя.
«Я бегу, совсем обалдевший, в голове — ни одной связной мысли. Но когда эта неимоверная пробежка закончена, меня, выжатого как лимон, заполняет изнутри какое-то отчаянное чувство свежести», — пишет о себе писатель и... марафонец Харуки Мураками.
Хорошая пробежка заставляет вас почувствовать себя совершенно новым человеком. И не только в переносном смысле. Еще недавно слова «нервные клетки не восстанавливаются» были аксиомой. Мы со школы знали, что их количество остается неизменным с того самого момента, как мы становимся взрослыми. К счастью для нас оказалось, что это не так.
Новые нейроны способны появляться в течение всей нашей жизни – это подтверждают исследования нейробиологов за последние 30 лет. А единственным способом этого достичь является бег или продолжительная аэробная тренировка.
Мокрая майка и ясная голова, или когда нервные клетки восстанавливаются
Так обнаружилось объяснение тому состоянию ясности ума, которое наступает вскоре после хорошей пробежки и длится несколько часов. Но на этом удивительные свойства бега не заканчиваются, если принять во внимание, в какой именно области мозга появляются новые нейроны. А именно – в гиппокампе, зоне, отвечающей за нашу память и способность к обучению.
Если вы занимаетесь так, что ваша майка становится мокрой, – обычно это происходит через 30-40 минут интенсивной аэробной нагрузки, бега или танцев, – имейте в виду, что именно в этот момент и начинают появляться новые нервные клетки.
Покой на финише
Но кроме этого лобные доли мозга связаны с регулированием эмоций. Этот эффект исследовала профессор Гарварда Эмили Бернштейн, которая сама давно увлекается бегом. Она заметила, что особенно благотворный эффект пробежка оказывает на тех, у кого есть проблемы с неустойчивостью настроения и вспыльчивостью. После серии экспериментов с участием девушек, у которых отмечались именно такие черты, было отмечено, что их стрессоустойчивость и способность восстанавливать эмоциональное равновесие усилились.
О чем думает марафонец?
Есть еще один важный эффект, который производит бег на наш мозг. Нас учат присутствовать в данном моменте «здесь и сейчас». Но не менее важно иногда хоть на десять минут отпустить свой ум, позволить ему отключиться от всех проблем. Тогда неожиданно приходят решения многих вопросов, как будто всплывают со дна памяти, легко и без усилий.
Не раз любителей длительных пробежек спрашивают: «Скажи, ну о чем можно думать, когда ты пробегаешь эти бесконечные километры?» Харуки Мураками знает о беге больше многих из нас – он пробегал марафонские дистанции. И постепенно он открыл для себя в беге многие смыслы – целую философию.
Боль неизбежна. Страдание опционально. Скажем, вы бежите и думаете: «Боже, как больно, я больше не выдержу». «Больно» – это неизбежная часть реальности, а вот выдержите вы больше или нет – это уже зависит только от того, кто бежит».
«Главное, не расплескать, сохранить до завтрашнего дня то приятное ощущение, которое живет сейчас в моем теле. Точно так же бывает, когда пишешь повесть. Казалось бы, пиши себе, пока пишется, но нет — принимаю волевое решение и останавливаюсь. Зато завтра приятно будет вернуться к работе. Эрнест Хемингуэй, кажется, тоже писал об этом. Хочешь продолжить начатое — не сбивайся с ритма. В долгосрочных проектах это главное. Если ритм задан, то кривая куда-нибудь уж выведет».
«Под умиротворяющие звуки музыки я начинаю вспоминать разные истории, случавшиеся со мной... По правде сказать, в этих историях нет ничего особенного. И если бы обо мне снимали документальный фильм (как подумаю, страшно становится), то их все до единой вырезали бы при монтаже, приговаривая: «Ну, уж без этого-то вполне можно обойтись. Оно не то чтобы плохо… просто слишком банально».
Да-да. Все они именно такие — незначительные и банальные. Но для меня это очень ценные, наполненные смыслом воспоминания. Вспоминая то да се, я незаметно для себя самого то улыбнусь, то нахмурюсь. Вот он я — конечный результат нагромождения всех этих банальностей. Вот он я, здесь. На северном побережье острова Кауай».
«Мысли, которые приходят ко мне, когда я бегу, – как облака на небе. Облака разной формы, маленькие и большие. Они приходят и уходят, в то время как небо остается все тем же, неизменным небом всегда. Облака – это просто гости на небе, которые уходят и растворяются, оставляя только небо за собой».