Это последняя ночь, и в этот раз, преодолев Семинский перевал и плотно поужинав, мы расслабились и завалились спать аж на три часа. Самые сложные километры пройдены, впереди Белокуриха, да и только. Но этот перевал уже не так страшен, и можно дать себе возможность поспать.
Но ночь коварно прохладна. Проснувшись в 2 часа ночи как по будильнику, пришлось посидеть минут 30 у костра с чашкой чая, чтобы убрать озноб и согреться в дорогу. Впереди были километры спуска. Попадались лисы, выскакивающие на дорогу, на горизонте маячили горные вершины, дорогу окутывал плотный туман, сменяли друг друга спящие поселки. Рассвет встретили на Катуни, на костре нам приготовили замечательную овсянку, которой мы вдоволь насладились, пообщались с друзьями и двинулись в путь, аккуратно ступая по металлическому мосту, с щелями в 4 сантиметра. Достаточное расстояние, чтобы провалиться на велосипеде и сойти с бревета, поэтому сотню метров я нес своего алюминиевого друга на плече. Не все же на нем ехать.
За мостом нас встретил прекрасный закрытый парк и минимум машин. Рельеф почти везде под горку, но иногда нужно было и поработать. Мы уверенно приближались к Белокурихе, а там уже и Бийск не за горами.
На каком-то из подъемов меня тормознули: наши друзья сидели в траве и уплетали дыню. Я не смог отказаться от предложения присоединиться и составил им компанию. Дыня действительно оказалась сказочно вкусной и до следующего КП помогла долететь весьма быстро.
КП был на стадионе. В шутку предложили пробежать круг или сыграть в футбол. Предпочел покушать супчика и полежать на скамейке, а потом двинуться дальше. В четвертый день было уже не так жарко, ощущалась прохлада, а вечером ожидался дождь.
Что и случилось. При подъеме на Белокуриху очень не хватало прохлады, а дождь с грозой был скоротечный, только раззадорил, но не охладил. Но сам серпантин казался бесконечным: ему не было видно конца и края, то крутой угол, то почти плоскач. Я лишь один раз остановился, чтобы включить музыку и с боевым настроем продолжил восхождение. На вершине накрыла эйфория. Это когда ты счастлив от того, что сделал. Когда все трудности преодолены, и у тебя на тарелке лежит соленый огурец. И макароны с тушенкой. А рядом сидят другие рандоннеры, уже почти все как родные. И каждый забравшийся на Белокуриху смеется как ребенок от пройденного испытания.
И вот только сейчас я достал фирменную майку. До этого надевал её перед стартом, проверить размер. Но только после Белокурихи, только после пройденных 1120 километров, этот кусок ткани приобрел ценность и осознание того, что в этой жизни возможно всё. И нужна цель, и нужно двигаться к её достижению.
Будет сложно и больно, порой будет казаться, что всё нереально и невыполнимо. Но не нужно сдаваться. Тогда награда не заставит себя ждать.
Ожидаемо, самыми сложными оказались последние 80 километров до Бийска. Вроде бы все испытания пройдены, все перевалы взяты, дух не сломлен, кати себе и кати. Но последние километры плоской дороги представляли из себя грандиозное испытание. Ты хочешь домой, ты хочешь финишировать и уже рад этому. Но километры тянутся мучительно медленно. И не спасает ни прохлада, ни дождь с грозой, ни подбадривающие указатели. Но, наконец-то, Бийск встречает нас своими ямами и ухабами. Я тормознул у магазина и купил немного хлеба и макарон, томатный сок. После этого ехал к финишу и думал, а зачем? Ведь есть сопровождение, ведь будут кормить, ведь лишний вес внутри джерси, разве что не выпадает. Но, как оказалось, не зря я вез провиант.
Вот и финиш, нас отмечают, поздравляют и забирают карточку, только успеваю её сфотографировать.
Нас зовут в клуб. А там праздник уже вовсю. Нам аплодируют, а мы стоим такие растерянные, грязные, измученные. Настоящие рандоннеры, доехавшие до финиша. Но вместо ощущения праздника есть простое желание – залезть в душ, да даже без горячей воды, её нет. И смыть с себя пыль и соль, одеть мягкую обувь и свежую одежду и просто лечь на кровать, чтобы насладиться этим маленьким счастьем – счастьем, понятным лишь тому, кто проехал 1200 километров и ни на минуту не усомнился в поставленной цели.
Впереди будут новые цели. Порой фантастические. Порой нереальные. Но обязательно будут. И я буду брать новые горизонты. Но сейчас глаза закрываются и накрывает сон. Хотя нет, макароны же.