Что я все время о грустном и о грустном? Сегодня буду о приятном.
Давным давно, 30 лет назад отвезли меня родители на море, но не на обычное Балтийское, а на заморское — Эгейское. И прожили мы там две недели. Та поездка, наверное, величайшее потрясение в моей жизни.
Мы с родителями ездили, ну как ездили, нас с сестрой возили на моря пару раз в году. Балтийское обязательно, чтобы подышать соснами и просто погулять по игрушечным "европейским" улочкам и какое-нибудь южное, чтобы пожариться на солнце, нахлебаться соленой воды и не болеть всю зиму.
Что интересно, мы никогда не были в Сочи, Анапе или Адлере. На этих курортах я побывала уже в почтительном почти бальзаковском возрасте. "Нашими" городами были Баку, Судак, Евпатория, Батуми.
Забавно, но все южные поездки сливаются для меня в одну, я точно не скажу, что где было, какие-то разрозненные воспоминания всплывают, но в основном все помнится одним большим длиннющим ОТДЫХОМ НА МОРЕ. Не знаю от чего я отдыхала с трех до семи лет, но отдыхала с удовольствием.
Если на Балтику мы ездили в середине лета, чтобы захватить единственно теплые две-три недели и иметь возможность окунуться в далеко не теплое море, то южные курорты посещали в сентябре. В результате, когда я вижу открытки с Сочинскими или Крымскими пляжами тех лет, они мне кажутся абсолютно постановочными. Это же надо было столько людей на пляж нагнать...
Ни Балтийское побережье ни, например, Бакинский пляж никогда не были многолюдны на моей памяти. А в Судаке я вообще помню только одинокого дяденьку, который лег за наше укрытие. Пляж в там был крупногалечный и продувался всеми ветрами. Такой роскоши как лежаки не было. Стелить большие дефицитные махровые полотенца, присланные родителям в подарок из-за бугра, считалось излишеством даже в нашей буржуйской семье. Мы стелили покрывала для кроватей. Были такие раньше, желто-красные или желто-зеленые, с цветочно-лиственным узором. Их как не переверни — хрен поймешь, где изнанка.
Так вот чтобы не унесло покрывало или маленькую меня, родители, постелив покрывала, с одного его края выстраивали стену из этих крупных галек. Наверное невысокую, но мне она казалась крепостной стеной. Так вот мы приходили на пляж утром и вечером, и наша стена была. Я вообще не помню людей в радиусе 40-50 метров — так редки в конце сентября были отдыхающие. А один раз мы пришли, а там дяденька. На нашем месте! Я не помню, построили ли мои родители новую крепость или вежливо попросили нахала убраться, но свои переживания по этому поводу я помню прекрасно.
Короче, случилось так, что летом 90 года, уж не знаю какими судьбами, но попали мы на Эгейское море. Трезвым, разумным, прагматичным взрослым-то крышу сносило от великолепия, разнообразия, свободы, богатства вкусов и уровня комфорта иностранных курортов, а представьте, что случилось с ребенком, который волновался из-за галечной стены так, что помнит это 35 лет...
Я пропала. Я помню каждый день этого двухнедельного отдыха. Какое мороженое я выбрала в первый день из 20 возможных видов всех цветов. У меня набор фломастеров был скромнее, чем количество оттенков, из которых пришлось выбирать.
Странную жареную картошку, которую полюбила на всю жизнью. Первый Макдональдс в Москве откроется только через полгода, а попаду я в него еще позже. Поэтому картофель фри из греческой таверны навсегда останется для меня идеалом.
А еще родители дали нам с сестрой по 10 драхм на "все что хотите", это было что-то около 4 долларов, но для нас деньги неимоверные. Мы жили в малепусечной, как я сейчас понимаю деревеньке, в 70 километрах от Салоников, с населением всего в 1000 человек. Но тогда это был целый мир, бескрайний в своем великолепии. И был там магазинчик — предел мечтаний девочек с 6 до12 лет. Что-то похожее на Фикс-прайс. Мы ходили с сестрой туда ежедневно, все 14 дней и выбирали, выбирали, выбирали, на что же потратить наши 10 драхм.
Я не помню, какую ерунду мы в результате купили, но ощущение, что ты можешь позволить себе купить себе абсолютно любую вещь отпечаталось в моем неокрепшем сознании так ярко, что поговорка "В Греции все есть" стала для меня не просто поговоркой. Улетала я с рыданиями. Я сопротивлялась так, как будто меня по возвращении планировали сдать в детский дом или продать цыганам и я об этом знала. Я дала себе обещание, что я туда вернусь и допробую мороженное и докуплю себе еще тех чудесных вещей из волшебного магазина.