Найти в Дзене

Запах детства

Для кого-то запах свежей конопли – это предвкушение веселья, для меня – это аромат детства и длинных летних вечеров. И, конечно, он никак не связан с её употреблением. Для маленькой меня это был просто сорняк, который можно использовать для игры, рвать, топтать, но жевать как-то не вкусно, а уж курить – это совсем что-то непонятное. Бабушка иногда говорила, что ночью тут шастают всякие обормоты, рвут коноплю и воруют мак в палисадниках. Дураки, что с них взять! Дело в том, что дом моей бабушки стоял на окраине деревни, и прямо напротив дворовых ворот [почти скороговорка вышла] возвышалось 5 соток густорастущей дички. К концу июня она уже колосилась на метр в высоту, а к августу это были полутораметровые непроходимые и очень ароматные джунгли – великолепный простор для детских игр, построения лабиринтов, домиков и уютных лежанок. В зарослях конопли мы играли в прятки и догоняшки, ныкали сокровища и строили ловушки. Сколько всего интересного можно придумать в этом «лесу», который скрывае

Для кого-то запах свежей конопли – это предвкушение веселья, для меня – это аромат детства и длинных летних вечеров. И, конечно, он никак не связан с её употреблением. Для маленькой меня это был просто сорняк, который можно использовать для игры, рвать, топтать, но жевать как-то не вкусно, а уж курить – это совсем что-то непонятное. Бабушка иногда говорила, что ночью тут шастают всякие обормоты, рвут коноплю и воруют мак в палисадниках. Дураки, что с них взять!

Дело в том, что дом моей бабушки стоял на окраине деревни, и прямо напротив дворовых ворот [почти скороговорка вышла] возвышалось 5 соток густорастущей дички. К концу июня она уже колосилась на метр в высоту, а к августу это были полутораметровые непроходимые и очень ароматные джунгли – великолепный простор для детских игр, построения лабиринтов, домиков и уютных лежанок. В зарослях конопли мы играли в прятки и догоняшки, ныкали сокровища и строили ловушки. Сколько всего интересного можно придумать в этом «лесу», который скрывает ребёнка по самую макушку!

А ещё запах детства – это цветущая полынь, зарослей которой тоже хватало за воротами деревенского дома. [Да, полынь вкусно пахнет и имеет мало общего с той убийственно-горькой гадостью из аптеки под названием «настойка полыни»]
И, конечно, моё детство пахнет скошенной травой, которая превращается в аромат свежих стогов сена. В бабушкином огороде за рядами картошки был целый свой покос! [Поле, предназначенное для скашивания травы и заготовки сена]
Я любила собирать там луговые цветы, наблюдать за бабочками и полевыми мышками.

Заготовка сена – это особый процесс, в котором участвовала вся семья, от мала до велика, и даже ближайшие родственники – дяди, тёти и кузены! Когда знойный летний день идет на убыль, семья выходит на заблаговременно скошенное вручную поле с уже высохшей на солнышке травой. Женщины и дети загребают сено при помощи легких деревянных грабель с редкими зубцами, формируя маленькие кучки – копёшки. Мужчины метают вилами сено из маленьких копёшек в большие копны, образуя стога. Один человек стоит сверху каждого стога и принимает порции сена, помогая ему аккуратно уложиться в форму, напоминающую половинку куриного яйца, ну или яйца динозавра, если учитывать размеры.

Земля дышит зноем, жарко всем! И взрослые решают отправить ребятню на родник за водой. Вы знаете как пахнет вода? Да, она имеет свой аромат! Это самая вкусная вода в моей жизни! Такая холодная, что ломит зубы, если резко глотнуть! Такая свежая, что в момент снимает усталость пыльной дороги до родника! Она источает запах чистоты и прохлады недр земли, из которых исходит. Её можно пить как коллекционное вино, смакуя оттенки вкуса и аромата. Вспоминая тот сладкий вдох над холодной кружкой родниковой воды, я пытаюсь отыскать слова, которые могут описать её шлейф, но это равносильно дежавю: вот ощущение есть….. пара секунд припоминания – и вот его уже нет. Могу лишь сказать – она имеет едва уловимый сладковатый вкус, а в букете тонких ароматов есть что-то металлическое...

Пять ребятишек в шортиках, кепочках и взрослых рубашках с длинным рукавом, дабы не обгореть на солнце, бодро шагают вниз по щебёночной дороге. В кустах обочины стрекочут кузнечики, а под ногами шуршат камни, изредка отскакивая из-под сандалии и скатываясь вниз под горку. Старшие несут бидоны, а мелкотня вроде меня - жестяные кружки, непринужденно размахивая ими взад-вперед в такт быстрому шагу.

- Давайте зарулим попрыгать по болоту! – предлагает один из моих братьев, и тут же сталкивается с неодобрительными взглядами старших сестёр. – А что? Кикиморы боитесь?! – продолжает подначивать он, смеясь. - Если оступиться мимо кочки – ведьма затянет в свои владения! Тут гулял один пацан… и никто его больше не видел...! - закончил он с ноткой драматизма, устремляя наверх свои насмешливые глаза и пытаясь сделать выражение посерьёзнее.

Мы спустились в лог и осмотрелись; по обе стороны от дороги раскинулось водянисто-травянистое нечто, проще говоря болото, с камышами, маленькими лужицами и озерцами побольше. Знатные заросли, отыскать бы тропу! Она скрыта в высокой, колючей и острой траве, и в самом низу этой дорожки, у основания холма, охвачен буйством зелени маленький источник, который изливается медленной струйкой, совсем не похожий на бурные горные ключи, какие можно увидеть, путешествуя по Алтаю. Небольшая струйка воды из-под земли – а столько радости, свежести и заряда энергии на весь оставшийся вечер!

Сполна напившись воды и немного поплескавшись из ручья [банально, и все же без этого не обходилось, дети ведь не думают о банальности], мы набрали кружками полные бидоны «второго дыхания» для всех членов семьи, а затем вприпрыжку – кто вперёд – понеслись обратно в горку по щебёнке, поднимая клубы пыли и разливая воду. Конечно, борьба не совсем на равных – старшие страрше нас, малявок, на 4-5 лет, но за это они несут тяжелые бидоны, а мы с братишкой налегке скачем и припеваем глупые детские песенки. «Первый - на танке, второй – на поганке, а третий умытый, золотом покрытый!»

Пока мы бегали на родник, бабушка уже напекла кренделюшек и зовёт всех к столу на перекус. Большая часть дела закончена, можно и выдохнуть. Мужчинам остаётся только укрепить стога от ветра и накрыть их от дождя брезентом. А осенью, после уборки остатков под крышу, ребятишкам останется крайне весёлое занятие – наблюдать за мышами, которые построили под стогами сена свои уютные норки и теперь оказались в неожиданном положении, когда крышу в буквальном смысле унесло. Пам-пам...

Но про осень – потом. Сейчас я хочу перенести вас снова в знойный летний день, тот самый день, когда я поняла, что кренделюшки имеют надо мной весомую власть! Конечно, не сами эти крендельки, а их неповторимый, божественный, поднимающий на ноги в один миг аромат!!!

Представьте себе 27 июля. В огороде рядом с маленьким рыжим домиком возвышаются 3 яблони, а вернее просто ранетки. Под их раскидистыми кронами ничего не растеё, кроме невысокой сочной травы, идеальная поляна, чтобы разлечься на одеялке, укрывшись тенью листвы от полуденного марева. Роняешь одеяло на травку, оно ложится неровными воздушными буграми поверх пучков зелени. Получается будто ковер-самолет завис низко над поверхностью земли. Иллюзия кроет в себе опасность! Если упасть на «перину» с разбегу, то она может оказаться не такой мягкой, какой кажется неопытному бездельнику. Трава примнется под весом тела, и ты приземлишься на твердую землю. Поэтому, вспоминая исследованные варианты входа в нирвану, нужно аккуратно и неспеша, как будто осознанно подставляешь лицо сетке-паутине, влипнуть в поверхность травы и ткани. И, конечно, посмотреть на небо...

Голубое-голубое небо, белые-белые облака, игривые лучики солнца подмигивают тебе сквозь листву, когда лёгкий ветерок шелестит в кронах ранеток. Назойливые мухи становятся фоном, они создают этот узнаваемый штришок летнего дня в деревне – то и дело приближающееся и отдаляющееся жужжание, как будто их дирижирует сам Великий Хаос и Порядок Вселенной. Разве это может быть красиво? - спросите вы. Для меня это музыка лета, такая же сладкая как деферамбы влюбленного под окном своей музы. Спустя много лет я поняла, что готова бросить всё и выехать на дачу в жаркий денёк в разгаре лета, только чтобы услышать это фоновое жжж и бззз… Это якорь, который вводит меня в мягкотелую безмятежность, обрывая проводочки, идущие из моей головы и воткнутые в урбан-среду города Н.

Земля под деревьями хранит влагу и прохладу ночи, поэтому моя поляна так идеальна в жаркий летний день! Там царит свежесть, покой и вся невыразимая полнота фразы «беззаботное детство». Можно почитать книжку, а можно просто помечтать, как катаешься на облаках, какие они пухлые и упругие, как гиалуроновые губки современной барышни. Укрывшись нижней частью покрывала, я погружаюсь в сладкую дремоту.

И всё же самый смак не в этом! Самое прекрасное, что может быть на свете – это проснуться под ароматы свежей выпечки на полдник, будь то оладушки, кренделюшки или пирожки с малиной. А еще прекраснее – это взять их с собой на поляну и натрескаться так, чтобы пришлось ещё полежать. Вот это кайф! Похлеще всякой там запрещёнки! А потом передохнуть и закусить ещё чего-нибудь с грядки или с куста – горох, малина, смородина, вишня, и шлефануть всё это щавелем, а потом ещё и до родника сбегать! Вот это жизнь!...

Понимала ли я эти кайфы в моменте? Да.

Безусловно, про понятие «гедонизм» я узнала, только будучи студенткой факультета психологии, но даже малявкой я точно знала что люблю жить, здесь и сейчас я люблю жить! А ещё природу как пространство для игры и созидания, цветочки, небо над головой, маму, бабушку, кошку Мульку и крендельки, скушанные на поляне. Звучит примитивно. Возможно, это одна из сторон гедонизма – быть примитивным, что в свою очередь означает действовать от сердца: эмоциями, чувствами, интуицией… и пусть весь УМ подождет!
Чувствовать аромат и быть счастливой – то, чему я научилась с детства.