ХРОМОЙ (рассказ в двух частях)
Часть I.
"В жизни, как в курятнике: клюй ближнего, гадь на нижнего и смотри, чтоб на тебя не нагадили". С таким дивизом Хромой шëл по жизни вот уже 36 лет. Ну, как шёл? Сидел. В местах не столь отдалëнных. Первый его срок пришелся на момент развала Союза. Мать тогда лишилась работы, отец пропал с радаров еще несколько лет назад. Практически из воздуха материализовался отчим с которым мать и ушла в многомесячный загул. Из еды дома была только картошка и "что Бог пошлёт". А посылал Бог не много и не всегда. Помимо него у матери было еще 2 сына, которые так же ждали маны небесной в виде завтрака, обеда и ужина. Вообщем, крутился Хромой, как мог. И как не мог тоже крутился. Когда тебе 16 лет хочется не только вкусно есть и сладко пить, а еще и выглядеть не хуже остальных. Надо отдать должное, выглядел Хромой очень даже прилично. Пусть вещи у него были и не самые дорогие, но всегда в идеальном состоянии. Чистые, выглаженные, все пуговицы на своих местах. Визитной карточкой Хромого были белые носки. Где бы судьба его не носила, из какой бы передряги он не выкарабкивался носки оставались белыми. Но это к слову.
Пока мать обитала на территории отчима, Хромой не лез в их жизнь, лишь изредка подкидывая мелкие суммы, которые выделял из заработанных честным трудом в должности разнорабочего на железной дороге денег. Но как только родительница с супругом перебралась на ПМЖ в свою квартиру, где жил Хромой с братьями, так и началось "веселье".
Ежедневные попойки с песнями, танцами и мордобоем. Стойкий запах перегара и густой табачный туман раздражали. После смены на железной дороге отдохнуть не представлялось возможным, да и братьям нужно было учиться и отдыхать.
Даже самое ангельское терпение имеет свойство заканчиваться. У Хромого оно закончилось тогда, когда в пьяной драке отчим сломал матери ногу и руку. Не долго думая (или не думая вообще) Хромой раскроил отчиму череп первой попавшейся под руку табуреткой. Кроил уверенно, самосамозабвенно, качественно. Так что потом хирурги на протяжении 6 часов работали над получившейся "выкройкой".
Отчиму такая самодеятельность строптивого пасынка пришлась не по душе, мать встала на сторону пострадавшего и первым же этапом поехал Хромой туда, куда не ходят поезда, за нанесение тяжких телесных повреждений на 6 лет.
Два года на " малолетке" Хромой осваивал лагерную науку, впитывая знания с бешеной скоростью. Под Администрацию не прогибался, режим отрицал, распорядок игнорировал за что частенько сиживал в ШИЗО. На "взросляк" ушел с пометкой "на путь исправления не встал".
Оставшиеся четыре года прошли не заметно и, по лагерным меркам, вполне себе благополучно. Выводы Хромой, конечно сделал, но своеобразные. А точнее- жить можно и за забором. И, при желании, не плохо. Работать не надо. Коммунальные услуги оплачивает государство. Покурить и поесть всегда вдоволь. Бонусом еще развлекательные мероприятия в местном клубе, организованные заботливым "шефами".
Как бы там ни было, а " звонок" на волю уже прозвенел и погожим августовским деньков был Хромой выставлен за забор исправительной колонии со всеми своими нехитрыми пожитками и справкой об освобождении.
Продолжение следует...